Дальневосточная закваска

– На протяжении всей жизни меня – так получалось – толкало в начальники, а я вечно этому сопротивлялся, – рассказывает Андрей Викторович. – Начиная с пионерского лагеря – я был командиром отряда, в школекомандовал пионерской дружиной, даже в армии был ротным старшиной, в университете, хотя и старался избегать общественных нагрузок, а таки стал заместителем председателя студсовета. Когда начал работать, опять быстро попал в начальники и перестал сопротивляться велению судьбы. Получил второе высшее образование – менеджерское и пошел, что называется, по начальственной линии: Общественное телевидение Приморья, я там был генеральным директором, правда, совмещал с должностью главного редактора, так что творчество не оставлял, хотя и в большей степени занимался хозяйственными вопросами, кадровыми, жизнью редакции…


Но творческая часть меня, все это время дремавшая и втиснутая в рамки ограничений, начала протестовать и прорываться наружу. Так получилось, что появилась возможность уехать в Москву. Через какое-то время там мне предложили работу линейного продюсера на одной из киностудий, которые снимают сериалы для канала «Россия», и, работая там на администраторских должностях, принимая участие в съемках сериала «Танго втроем», совместного производства России и Аргентины, летая туда-обратно, организовывая производство, в какой-то момент я вдруг понял: все. Продюсер участвует в производстве фильма в известной степени: ищет финансы, составляет сметы, привлекает людей, проводит кастинг, приглашает режиссера, но, когда начинается собственно работа, главным на площадке оказывается режиссер, и… И магия кино проходит мимо. Мне захотелось перешагнуть порог, оказаться в гуще, где принимаются творческие решения.


Киностудия отправила меня получать уже третье высшее образование – во ВГИК, на продюсерское отделение. Но ужепосле первого месяца обучения я перевелся на режиссерское. Ни капли об этом не жалею, очень счастлив.


– Был ли у вас период вживания в Москву, сразу ли пришелся вам по душе этот город?


– Я никогда не предполагал, что буду жить в Москве, никогда туда не стремился. Просто так вышло. У меня, как и у многих жителей нестоличных городов, было своеобразное представление о москвичах – несколько сатирическое…


Когда живешь в Москве, она предстает перед тобой совсем в ином ракурсе. Москву можно, нужно и есть за что любить. В этом городе живут люди почти тысячу лет, там сложилась своя культура… Москву нужно только понять. А главное – не относиться с пренебрежением, с чувством: «вот я приеду и покажу вам такое, чего вы не видели!». Этот город, повторяю, имеет тысячелетнюю историю, и видел он всякое. И не удивишь Москву ничем, ее нужно уважать. И тогда многое получится…


– А пресловутая дальневосточная закваска в вас осталась?


– Люди, которые живут на Дальнем Востоке, отличаются от других россиян. И все потому, что они живут далеко, в суровых условиях: тайфуны, неожиданные снега… И рассчитывать человек может только на себя, на собственные силы да разве что на поддержку соседа, друга… А царь и прочие президенты слишком далеко, чтобы на них можно было положиться. На Дальнем Востоке люди более готовы к риску, к самопожертвованию – это качества героические, которые в людях Центральной России почти не сохранились; живущие здесь имеют на все свою точку зрения и умеют ее отстаивать. Я 40 лет прожил в Приморском крае и надеюсь, что лучшие дальневосточные качества во мне еще долго не выветрятся в Москве…


– Приехав в Москву, вы из человека статусного в Приморье вдруг превратились в «никто и звать никак»…


– Да, так оно и было. А тут еще и возраст 40 лет – самый тяжелый, наверное, для мужчины. Очень сильный был у меня кризис самооценки, очень болезненно переживал. Но получилось, что быстро смог найти работу, было интересно…


– Вы не были во Владивостоке…


– Девять лет. И за последние годы много пришлось ездить, очень много – и по России, и за рубежом. Когда приехал во Владивосток, анализировал свои чувства: аэропорт – типичный, одинаковый, они по всей стране примерно одни и те же. Едем в город… Строятся дороги, хорошо. Пейзажи – чем-то напоминают Самарскую область, Тольятти. А вот когда в город приехали – ни с чем не сравнить, ни на что не похоже! Город приятно изменился, а какой колорит придадут ему мосты! Могу сказать так: нынешняя реальность приближается к тому потенциалу, который есть у Владивостока.


На этот раз я смотрел на город взглядом режиссера, и не только я – много общался на фестивале с режиссерами… Потрясающе фактурная природа, я такой нигде не видел! Приморье, Владивосток – самое красивое место в мире, даже – уверяю вас – по сравнению с Аргентиной! Море, тайга, яркие краски, живые, со здоровым блеском в глазах люди… Здесь можно снимать потрясающее кино, но мешает только одно – отсутствие технической базы. Вот где свободная бизнес-идея! Если бы сюда не нужно было везти съемочное и осветительное оборудование, генераторы, что сильно увеличивает бюджет фильма, а можно было бы брать на месте – сюда бы косяком повалили съемочные группы! Да и у местных режиссеров появилась бы возможность снимать фильмы более качественные. Я на фестивале внимательно посмотрел программу «Сделано во Владивостоке» – всю. Очень талантливо! Очень высокий потенциал!


– Можете ли вы представить себе возвращение к администраторской, продюсерской работе?


– Мне повезло: я знаю и процесс кинопроизводства как опытный продюсер, и в то же время вижу его как режиссер. Это очень здорово! В создании моего дебютного фильма это очень пригодилось, ведь мы снимали его на мои деньги и деньги продюсера. Поэтому приходилось принимать решения, позволяющие не тратить зря деньги…


– Давайте поговорим о фильме, который вы показали на «Меридианах Тихого», подробнее.


– «Дом без адреса» – моя дебютная режиссерская работа в полнометражном художественном кино. До этого я снимал документальные фильмы, короткометражки, но полный метр – с серьезным привлечением ресурсов, техники – был впервые…


– Как к вам попал сценарий Юрия Гончарова, приморского автора?


– Готового сценария не было… Мы очень хотели показать фильм именно на «Меридианах Тихого», именно в этом году.


Начну с начала. Мы с продюсером Аленой Шмаковой рассматривали возможность съемки фильма. Было несколько вариантов сценария. В том числе лежал у нас сценарий Юрия Гончарова – лирическая новогодняя комедия. И мы даже были готовы начать, но не успевали по срокам, зима шла к концу, и уже невозможно было проводить натурные съемки столицы в праздничной новогодней иллюминации. Поэтому мы оставили проект на другой сезон.


А с Юрием Гончаровым мы знакомы еще с Владивостока, по моему приглашению он прилетал в Москву, когда я еще работал на киностудии, и прошел стажировку, посмотрел, как работают со сценарием, каково вообще многосерийное творческое производство. Мы читали многие его сценарии, много интересных, необычных. И когда стало ясно, что новогодний проект по времени просто не получается, а фильм, тем не менее, надо запускать – все уже пришло в движение, то просто позвонили Юре и сказали: а давай-ка прилетай к нам в Москву, мы тебе покажем объект, в котором хотим снять фильм, он совершенно необычный… Юра заинтересовался, прилетел к нам в Москву, мы посидели на кухне двое суток, обсуждали мировоззренческие позиции, которые, как бы нам хотелось, должны быть отражены в фильме, независимо от жанра, который был бы выбран. Юрий выслушал, улетел и через несколько дней прислал три варианта синопсиса, мы остановились на одном, стали его развивать, так прошло еще недели две. Я что-то пытался добавить, созванивался и общался с Юрой по электронной почте… Потом стало ясно – улучшения синопсиса могут продолжаться бесконечно, а сроки поджимают: март на дворе, а надо еще и сделать режиссерский сценарий, провести кастинг, снять, смонтировать… И я сказал Юре: пиши, сделай хорошую завершенную историю с теми параметрами, о которых мы говорили. И в конце марта Юрий прислал очень неплохой сценарий, работа началась в апреле - мае, а сам фильм – строго согласно плану – сняли в июне, в июле - августе шел монтаж, мы много работали над звуком, цветом… Но сроки соблюли, и к нужной дате картина была готова.


– А необычный объект – это дом, насколько мне известно, причем дом продюсера Алены Шмаковой…


– Да, и на нем нет адреса на самом деле. Отсюда у нас и родилась идея, в том числе названия. Хотя мы и обсуждали вариант названия «Воскресение» как символ перерождения главной героини…


– Как проходил кастинг, ведь у вам снималась знаменитая Светлана Немоляева?..


– Я сразу видел именно ее в роли матери героини. Собственно, остальных актеров мы отбирали довольно долго, более ста актрис пересмотрели на главную роль…Светлане Владимировне мы позвонили, привезли сценарий, она прочла – и согласилась сниматься. От этого сотрудничества я получил профессиональное удовольствие. И вынес главный урок, который я получил от нее как от человека, который всю жизнь посвятил одной профессии и добился от профессии потрясающих успехов: если ты хочешь чего-то добиться, посвяти этому жизнь.


– Премьера состоялась во Владивостоке. И было ясно, что придут не некие абстрактные зрители, а ваши знакомые и оценивать будут пристрастнее…


– Было бы мне лет поменьше, может, я и волновался бы по этому поводу. А так… Случилась удивительная вещь: когда я завершил монтаж и видеоряд перестал меняться, я словно отстранился от картины, фильм зажил своей жизнью… И меня это очень удивляло: я-то помню каждый кадр, варианты каждого кадра, помню, что некоторые сцены у нас были сняты с восьмого-девятого дубля, а некоторые получались с первого… Помню, люблю его нежно, а тем не менее интереснее всего наблюдать не за тем, как он идет на экране, а за людьми, которые его смотрят. Мы показывали ленту знакомым и удивлялись, как люди по-новому трактуют смысл, сцены… А когда фильм шел в зале отеля «Хендэ», я сидел у проектора и следил за реакцией зала, за зрителями – больше, чем за экраном… Это было удивительно! Зал полный, много людей, кто-то плачет, вдруг прокатывается смех… А когда после просмотра задавали вопросы - интересные, замечу, вопросы, со смыслом, то это были люди, с которыми я не знаком…


– Какую прокатную судьбу будет иметь «Дом без адреса»?


– Мы консультировались с одной дистрибьюторской российской компанией, возможно, фильм выйдет на DVD… Изначально мы понимали, что лента не коммерческая, не предполагает широкой массовой аудитории… Сегодня в прокате сложились свои предпочтения: высокобюджетный зарубежный мэйнстрим… Российское кино пользуется меньшим спросом – впрочем, я уверен, что тенденция обязательно изменится! Я в этом смысле оптимист. Уверен, что вернется привычка ходить на отечественное кино. Как и в том, что наша лента найдет своего зрителя…


– Есть ли у вас мысли о новых проектах? Ведь вы упомянули об отложенной новогодней комедии?..


– «Дом без адреса» для меня был тяжелым опытом, потому что снимать психологическую драму всегда непросто. Так много неожиданных откровений, саспенса… Может быть, поэтому очень хочется снять комедию, хотя я и понимаю, что на самом деле комедию, наверное, даже труднее снимать. Хотелось бы снять детектив, у меня даже сценарий есть, мой собственный… В общем, можно сказать, что работа идет параллельно над тремя - пятью комедиями…


– И мы еще не раз увидим на экране титры «Режиссер – Андрей Холенко»?


– Да.


Людмила АЛЕКСАНДРОВА.



← Назад в раздел