Конфликтный ресурс

Начальные суммарные ресурсы природного газа на территории Дальнего Востока составляют 12 триллионов кубических метров, нефти – 25 миллиардов тонн. Эти богатства могут обеспечить безбедной жизнью семь миллионов дальневосточников на сотни лет вперед. Планы правительства России говорят о том, что страна выдвинула несколько инициатив, определяющих политику освоения нефтегазового потенциала Восточной Сибири и Дальнего Востока. Прежде всего, это усиление восточного вектора в обеспечении энергетической безопасности. Разработана долгосрочная стратегия с ориентирами до 2017 года. Проекты предусматривают добычу 530 миллионов тонн нефти ежегодно. До 20 процентов объема – на Дальнем Востоке. Добычу природного газа – до 740 миллиардов кубометров в год, из которых 10 процентов объема будут извлекаться из дальневосточных недр. Такая политика оправдывается тем, что 75 процентов месторождений нефти и газа вовлечены в промышленное освоение. Однако ежегодная добыча нефти не компенсируется приростом разведанных запасов, а вот отношение разведанных запасов к начальным суммарным ресурсам углеводородов на Дальнем Востоке крайне мало: для газа – не более 15, для нефти – не более 10. Вопрос в том, что большая часть ресурсов локализована в удаленных и слабоосвоенных районах, где неразвита производственная и транспортная инфраструктура. В Сибири и на Дальнем Востоке открыто 246 месторождений нефти и газа, из них 102 – на суше и 10 – на шельфе Охотского моря. Уровни годовой добычи нефти составляют до 20 миллионов тонн, а по природному газу – до 40 миллиардов кубометров. Отсюда проистекают задачи, которые решают работники нефтяной и газовой отрасли.


Как глобальный энергетический ресурс, природный газ стал яблоком раздора для экономики многих государств. Ученые прогнозировали международный конфликт, связанный с рисками транзита газа по территории, например, Украины или Беларуси, потому на уровне правительства России принят ряд мер, среди которых - строительство газопроводов на юге, севере и востоке страны. Но как будет развиваться ситуация на Дальнем Востоке? Здесь реализуется ряд энергетических проектов. Прогнозом состояния мирового и внутреннего рынка природного газа на Дальнем Востоке поделился доктор экономических наук Виктор Калашников.


– Виктор Дмитриевич, существует ли экономическая основа для газовых конфликтов?


– За внутриполитическими разногласиями всегда стоят огромные экономические потери. Мой вывод – архитектура глобальных поставок газа уязвима. Проблема даже не в миллиардных финансовых потерях, а в затронутых интересах наций. Получилось, что после десятилетий цивилизованного развития, когда были признаны демократические ценности, когда далеко позади холодная война и окрепла международная система договоренностей, энергетическая безопасность многих государств оказалась под угрозой. Если раньше в концепции развития шла речь об энергетической надежности, то теперь – об энергетической безопасности, так как критерии подхода к поставкам ресурсов изменились.


– Сколько стоит газ? Называются рыночные цены от 250 до 450 долларов за тысячу кубометров.


– Ценообразование в газовой сфере сложное. По себестоимости газ значительно дешевле, чем нефть. Но он обладает огромным потребительским эффектом с учетом своих теплотворных и экологических свойств, что должно отражаться в цене. Однако по мобильности газ уступает нефти и всегда привязан к трубопроводной системе. Если бензин, мазут или дизтопливо можно развозить танкерами и цистернами, то газ поступает потребителям только по трубе. Мировой рынок нефти существует, а мирового рынка газа нет, потому принято цены на газ привязывать к ценам на нефть. Правда, в формуле ценообразования заложен инерционный период, так как называемый трехмесячный базис. Если цена на нефть снизилась, цена на газ снижается по истечении базисного периода. В интересах потребителей ценообразование ориентировано на корзину энергоресурсов. В структуре ресурсов газ там занимает более 65 процентов, потому любой срыв поставок чреват экономическими катаклизмами. Цена на газ весной падает до 200 долларов за тысячу кубометров, что в условиях кризиса для импортеров благоприятный фактор.


– Что будет происходить с ценами на газ для внутреннего потребления?


– Ценообразование действительно вызывает вопросы. Так, в прошлом году цена на газ из России, например для потребителей Украины, по словам премьер-министра страны Владимира Путина, сложилась в размере 175 долларов за тысячу кубометров, однако для внутреннего потребления он там продавался по цене 320 долларов. Что касается России, то у нас цена для внутреннего потребления не превышала 50 долларов. С учетом скорого вступления России в ВТО для выравнивания конкурентных возможностей мы приняли на себя обязательство повысить стоимость газа до среднеевропейского значения за вычетом стоимости транспортировки. Так как стоимость транспорта газа достигает 50 процентов его себестоимости, то преимущество России в промышленном производстве на природном газе останется огромным. В регионах России исторически сложился структурный дисбаланс энергоносителей. Природный газ значительно дешевле и эффективнее других энергоресурсов, в результате доля газа в балансе энергопотребления повышается, и достигла по стране более 50 процентов, что считается опасным для потребителей. Нужна диверсификация энергоносителей. Срыв поставок газа чреват остановкой промышленности. Между тем, в России много дешевого угля, значит, повышение стоимости газа поможет решить задачу диверсификации использования ресурсов и повышения энергетической безопасности. Тем более что стабильность энергоснабжения везде ценится выше, чем цена на энергоресурсы.


– Как будет развиваться газовый рынок на Дальнем Востоке?


– Известно, что Хабаровский край завершил создание опорной газовой сети. Теперь необходимо реализовать программу газоснабжения населения края природным газом. Такая же задача стоит перед ОАО «Газпром», но в масштабах Дальнего Востока и с учетом экспортных возможностей. Реализуется проект нового газопровода с Сахалина в Приморский край, по которому труба прокладывается вдоль имеющего газопровода до Хабаровска. С учетом уже построенной инфраструктуры и технологического коридора затраты будут невелики, и такой проект, согласно решению правительства страны, должен быть реализован в третьем квартале 2011 года к началу саммита АТЭС. Подчеркну, что проект высокоэффективен и в случае успеха расширяет возможности экспорта в разы, так как диаметр трубы составит уже не 520 миллиметров, который был необходим для нужд Хабаровского края, а 1440. Объемы транспорта газа увеличиваются до 20 миллиардов кубометров в год. Это обеспечит потребности Приморья и Южной Кореи. Приморье готовится к переводу энергетических объектов на природный газ. Газопровод для потребителей Южной Кореи с учетом политических аспектов, вероятно, будет спроектирован по дну Тихого океана в обход Северной Кореи. Другой газопровод из Якутии планируется протянуть вдоль нефтепровода ВСТО. Это позволит экспортировать газ и в Китай. Что касается Японии, то она приняла иную концепцию газоснабжения. Там отсутствует развитая газопроводная система. Около 85 процентов газа с шельфа «Сахалин-2» обеспечивают работу завода по сжижению газа и транспортировку топлива в Японию газовозами по морю. Другие проекты «Сахалин» полностью обеспечат подачу газа в Приморье и Южную Корею по новому трубопроводу.


Андрей СМИРНОВ.

г. Хабаровск



← Назад в раздел