Стратегический подход к делу

  – Михаил Павлович, вы пришли на предприятие, где едва теплилась жизнь. Сегодня о Наталкинском месторождении говорят как о будущем лидере золотодобычи в стране. Уверенности в этом добавляет и тот факт, что за разработку месторождения взялся «Полюс Золото». Пора уже раскрыть секрет, как удалось в те годы убедить инвестора в прочности перспектив.


– Никакого секрета как не было, так и нет. Как вы знаете, я при поддержке колымского губернатора Валентина Цветкова и его команды готовил этот проект для совместного участия с северо-американскими компаниями, и мы уже добились издания федерального законао разделе продукции конкретно по «Наталке». И в это же время «Норильский Никель» пригласил возглавить только что приобретенную им компанию ЗАО «Полюс» Валерия Рудакова – опытнейшего горняка, начавшего свой путь с «Якутнипроалмаза». К слову, в 1983-м Валерий Рудаков был назначен заместителем министра цветной металлургии СССР, а потом – начальником Главного управления драгоценных металлов и алмазов при Совете министров СССР, а это – статус министра. Уже в те годы он был сторонником открытойразработки месторождений. А поскольку я во многом считал его своим учителем и единомышленником, то с удовольствием принял его предложение стать заместителем генерального директора «Полюса».Вместе с идеей о «Наталке».


О богатых участках «Наталки» было известно давно, и они успешно отрабатывались подземным способом. Мы также знали, что взять это золото будет непросто. Низкое содержание драгметалла – около 1,7 грамма на тонну руды – потребовало бы затрат, гораздо превосходящих по стоимости сам металл, добытый подземным методом. Вот тогда-то и родилась, по сути, революционнаяидея - отказаться от шахты, которая достойно работала здесь 60 лет, и добывать руду открытым способом. Потребовалась крупномасштабная геологоразведка, – по сути, разведка заново, по новым технологиям. А вслед за ней – и утверждение запасов госкомиссией. Неслыханных ранее запасов – более 1800 тонн. Так и сложился проект.


Михаила Казимирова на Севере знают хорошо. Еще с 70- годов, когда он, с отличием окончив столичный горный институт, молодым специалистом приехал вместе с женой на тот самый рудник имени Матросова. Отсюда и берет отсчет его колымская биография. Здесь родилась его дочь. Прекрасно зарекомендовав себя в горном деле, Казимиров не ограничился первым успехом и продолжил учиться: стремительно и блестяще окончил аспирантуру и, отклонив заманчивое карьерное предложение, вновь вернулся на Колыму - строить гремевшую на всю страну комсомольскую стройку «Дукат». Лидер отечественного цветмета, «Дукат» давал стране не только золото, но и свыше 90% всего союзного серебра. Дает и поныне.


Чего, однако, не скажешь о добыче вольфрама – самого тугоплавкого металла, входящего в состав легированных сталей. В промышленные 80-е этот элемент был стратегическим сырьем:броня, головки ракет,турбины для АЭС, самолетов, буровые коронки, даже резцы для токарей и слесарей, не говоря уже о лампочках накаливания – везде нужен был вольфрам. В мощной советской державе его дефицит был категорически недопустим. Добывали вольфрам в числе прочих регионов и на Чукотке. Крупный горно-обогатительный комбинат работал на Иультинском оловянно-вольфрамовом месторождении. Его-то и возглавил тридцатилетний Михаил Казимиров с легкой руки тогдашнего министра цветной металлургии Петра Ломако. Назначая на должность«рекордно» молодого руководителя ГОКа, министр откровенно предупредил, что во главу угла должна быть поставлена определенная цель: в срок, утвержденный ЦК партии, ввести рудник «Светлый» по добыче вольфрама. Задача особой, стратегической, важности. И ценой успеха назначил «голову» Казимирова.


Стратегический подход продемонстрировал и Казимиров. Взявшись за дело, он строжайше запретил партийным активистам общаться с его работниками с 9 утра до 17 вечера. «Эта важная и нужная работа, – заявил он коллегам по бюро райкома партии. –Но для нас, горняков, она все-таки общественная. Поэтому вести мы ее будем в меру своего ответственного понимания в нерабочее время».Слухи об этом разнеслись по всей Магаданской области, однако вскоре все поняли, что интересы и нового директора, и всего его коллектива находятся в общем русле ответственности перед страной. А что могло быть более убедительным в те времена?


– Михаил Павлович, сейчас пошли бы на такой резкий шаг?


– Да, но вряд ли так категорично, а через цепочку последовательных действий. С годами пришли спокойный опыт и терпение. Это тогда, в молодости, энергия плескалась, подталкивала к таким рискованным шагам. Хотелось результата немедленного и безусловного. Каждый успех приходил как неожиданность.Чтобы поверить в него, ты его форсировал, торопил, подгонял. Зрелость же дарит твердую, несуетливую уверенность, что результат будет. Особенно если подходишь к делу продуманно и взвешенно. По поводу нашего проекта и по сей день высказываются скептические мнения. Целую волну недоверия подняло наше решение несколько отсрочить начало строительства ГОКа.На мой взгляд, именно это должно убедить в серьезности наших намерений. В промышленности торопиться нельзя. Лучше лишний раз замедлить шаг, все уточнить, взвесить, отточить каждую деталь, чем потом исправлять.Речь идет о колоссальном месторождении. Миллиард тонн руды! Ведь еще 10 лет назад на него просто-напросто не обращали внимания. А сегодня? Запасы прошли международный аудит,работает промышленно-исследовательская ЗИФ - мини-аналог будущего ГОКа, где на самом современном оборудовании со всего мира мы отрабатываем способы обогащения, ищем оптимально подходящий для данных конкретных руд. И уже сегодня мы достигли увеличения обогащения на 20%! А это 360 тонн золота «плюсом»! Одновременно с этим мы решаем жизненно важные вопросы: заканчиваем расселять поселок, определяемся с энергетической, транспортной инфраструктурой.Наш проект ГОКа прошел предварительное согласование. Словом, работа проделана огромная. И вот теперь требуется время, чтобы еще раз все взвесить на стадии рабочего проектирования и только тогда приступить к строительству первой очереди.


– Раньше было проще? Партия приняла решение строить – и вопросов возникнуть не могло...


– Не совсем так. И раньше решение складывалось из мнений конкретных людей. Сейчас точки зрения высказываются смелее.Причем палитра взглядов все пестрее и ярче. Ведь наравне с молодежью продолжает работать и старшее поколение. А за их плечами – бесценный опыт, уникальные знания, интеллект – то, что не заменишь никакими технологиями и новациями. Но, к сожалению, присутствует и консерватизм.


– А если все-таки возникает конфликт интересов? Ведь каждому ближе к телу именно своя рубашка.


– С годами я понял, что конфронтация не продуктивна, и научился останавливаться. Что ни говори, но любое противопоставление все равно вызывает реакцию неприятия, протеста.Невозможно полностью отключить эмоции. А в споре они только нарастают.Поэтому на определенном этапе, если я вижу, что ситуация не развивается в сторону согласия, предлагаю остановиться, на время попрощаться и продолжить думать об аргументах друг друга. Поверьте, неразрешимых, тупиковых конфликтовпросто не бывает. Решение все равно придет.


– Вы много работали за границей. Там в вашей семье родились сыновья. Где интереснее жить и работать? Там или здесь?


– Зарубежный опыт, безусловно, полезен. С точки зрения сравнения возможностей. Интерес в том, чтобы увидеть, как коллеги делают аналогичные проекты.Ведь когда знаешь свое дело в деталях, взгляд сам выбирает самое интересное. Как выходят коллеги из трудных ситуаций, какие варианты решений рассматривают.


Но работать интереснее все-таки у нас. С одной стороны, появилось желание доказать, что мы можем не только нехуже, но даже и лучше. В России же гораздо больше возможностей! И с точки зрения возможностей разведатьбольшие запасы сырья, и другие. Да и ради сыновей хочется на своей Родине оставить яркий след, и я этого не скрываю, напротив, горжусь, что моя семья, мои дети – самый сильный стимул в жизни.


И, конечно, за границей многому можно научиться. Взять хотя бы экологический аспект – там выше безопасность отработки месторождений.


– Как же так вышло с «Бритиш Петролеум»?


– Давайте не будем забывать, что она работала в проекте невероятной, фантастической сложности, аналогов ему не было и нет. Я бы сравнил по масштабам с катастрофой «Челленджера», когда погибли астронавты. Все-таки бурение на такую океанскую глубину…


– Да, но космические проекты нацелены на научные изыскания, на планетарный прогресс, а здесь интересы капитала.


– Космос – это более отдаленный интерес, перспектива, отсроченная по времени. Нефть же работает на людей, на наши каждодневные нужды уже через две недели после процессинга. Что важнее?


К сожалению, в нашем деле случается, что опыт приходит и такой ценой. Повторюсь, что именно поэтому я сейчас сдерживаю порыв форсировать проект. Менять что-либо на ходу будет сложнее. И последствия торопливых ошибок обойдутся гораздо дороже.


– Михаил Павлович, вы участвовали в рабочей группе, активно обсуждавшей законодательную инициативу магаданских депутатов, связанную с возобновлением вольного приноса и отработки техногенных и малых месторождений.Каков ваш взгляд на эти проблемы?


– Эти вопросы мне близки, понятны и дороги. У нас, на Иультине, преобладала рудная добыча, я на ней вырос. Но ведь было и 26 россыпных участков, два прииска. Конечно, не дело, что у нас предприниматель тратит месяцы, а подчас и годы для того, чтобы добыть лицензию на отработку месторождения. Ведь это малый и средний бизнес! Это основа экономики многих стран.


В США все гораздо проще: пришел, изучил территорию, отметил на GPS, где хочешь работать, зашел в департамент горных работ, представился, заявил о своих намерениях – и если запрашиваемая тобой территория или ее часть уже не принадлежит кому-то, то через час-полтора все, что связано с получением лицензии, будет согласовано.Не верится? Так и есть.


Я убежден, что именно область, губернатор со своей командой должны принимать решение о разрешении на добычу в том или ином случае.Конечно, за исключением ресурсов, представляющих стратегический интерес для страны. Предприниматель не должен вести долгое согласование через Москву. Причем если речь идет о техногенных месторождениях, то процедура должна носить практически заявительный характер.


К слову, надеюсь на поддержку вашего издания в этом вопросе. Вы всегда становитесь на сторону здравого смысла. Поздравляю ваш коллектив с юбилеем. Убежден, что вместе мы сможем сделать немало важного и нужного для всего Дальнего Востока!


Марина ЖАРНИКОВА. г. Магадан.

 



← Назад в раздел