Правильная траектория

Мы сидим в кабинете на первом этаже Пушкинского театра – здания, которое восстало из руин во многом благодаря усилиям моего собеседника. В кабинете – шкаф с книгами, на столе – то, что называется рабочий порядок. В 9 утра он всегда на месте… «Я – ранняя пташка, засветло встаю», – улыбается Геннадий Турмов, депутат думы Владивостока, президент ДВГТУ, президент Профессорского клуба, историк, коллекционер-фалерист, автор нескольких книг, а главное - человек по-настоящему активной жизненной позиции! Человек, которому до всего есть дело.


В море позвало сердце


– Вы всегда занимали активную жизненную позицию?


– Всегда! И активный, и хулиганистый был… А как без этого – пацан ведь! Но при этом был и председателем совета отряда и совета дружины, членом комитета комсомола… Из песни слов не выкинешь, да и не считаю нужным скрывать свое прошлое – я им горжусь!


Вот и не подумаешь никогда, что человек, всей душой влюбленный в море, во Владивосток, родился на самом деле – и первые годы прожил – в самой что ни на есть сухопутной Воронежской области. И только в пять лет впервые увидел море. Увидел – и прикипел душой, влюбился в эту стихию.


– Сколько книг я о море прочитал – не сосчитать, – вспоминает Геннадий Петрович. – Можно сказать, что и на выбор моего жизненного пути книги о морской романтике оказали сильное влияние. Когда заканчивал школу и всерьез думал, куда пойти учиться, сомнений не было – стану военным моряком, как герои «Порт-Артура» Степанова или «Кортик» Анатолия Рыбакова… Но в училище меня не приняли по зрению. А я все равно связал жизнь с морем – и послужил на флоте, и кораблестроительный окончил…


Свой жизненный путь Генка Турмов выбирал сам, слушая только собственное сердце. Может, потому и сложилось все так удачно, что не думал он ни о «престиже», ни о том, много или мало получают моряки. Зов сердца - великое дело!


Студентом Геннадий Турмов был активным – и в самодеятельности участвовал, и в строительных отрядах работал, и про учебу не забывал…


– Да не только я, – смущается он, – вся молодежь в то время так жила…


– А сегодняшние студенты – они такие же? Или молодежь стала совсем другой?


– Вот на этот вопрос нет однозначного ответа. Конечно, индивидуализм, капиталистический подход сильно проявляется в современных студентах. В основном дети поступают учиться не по велению сердца, а на те специальности, где, как они говорят, «можно заработать бабки». Иногда до трагедий ведь доходит, если у человека к выбранному делу душа не лежит. Страшно сказать, сколько изломанных судеб… Есть и те, кто учится только для себя, хорошо учится, но для вуза при этом ничего не делает…


Но с другой стороны, ребята разные. Есть звездочки, есть активисты, недаром мы создали академию студенческих лидеров, по ее окончании ребята получают своего рода диплом, который очень ценится работодателем.


Тысячи студентов в ДВГТУ, всех не узнаешь, но никогда – не в бытность ректором, не сейчас – я не закрывался от студентов. Двери кабинета для них были всегда открыты. И бывает тепло на душе, когда встречаются выпускники или их родители, и вспоминают именно об этом, благодарят.


– 15 лет вы были ректором ДВГТУ, и сейчас держите руку на пульсе жизни вуза, оставаясь его президентом. За эти 15 лет прошло столько реформ в области науки и образования, что волосы на голове шевелятся… Как вам кажется, после стольких перестроек выправятся, пойдут вперед российские наука и образование?


– Особых оснований для оптимизма, увы, нет. Мне кажется, что реформа не в ту сторону идет. Я читаю много о реформе образования – вот, к примеру, на столе последний номер журнала «Ученый совет». И то, о чем там пишут, сильно огорчает. То пытаются из ученых менеджеров сделать, то ЕГЭ вводят…


Я понимаю, что от ЕГЭ никуда не уйти, но знаю и другое – на Тайване, к примеру, ЕГЭ внедрили, а потом от этой системы отказались. И во многих странах так.


А эти бесконечные перестройки в руководстве образованием! Я пережил и министерство образования, и комитет, и федеральное агентство, и госкомитет – и это за 15 лет ректорства! А что такое реорганизация? Это каждый раз начинай с нуля… Может быть, где-то там в недрах министерств и рождаются хорошие задумки, но как они потом воплощаются в жизнь… Не прислушиваются к мнению профессионалов совсем!


– Любые новации в области образования вы воспринимаете близко к сердцу…


– Конечно! А как иначе?

Радикальный пессимист


Близко к сердцу Геннадий Турмов принимает не только судьбы российской науки и образования. Каждый день в его кабинет приходят люди, чтобы поведать своему депутату проблемы и боли, попросить помощи…


– Конечно, переживания каждого, кто сюда приходит,передаются мне, – рассказывает Геннадий Петрович. - Ведь люди идут к депутату, как правило, пройдя уже десятки коридоров и чиновничьих кабинетов. И видят иногда во мне последнюю надежду…


Спасибо моим помощникам, которые делают очень много, стараются – готовят, бегают, обследуют. Без них вряд ли бы справился. Иногда ведь до абсурда доходит. Направляю запрос начальнику отделения милиции. Молчание. Направляю второе. Молчание. Пишу запрос прокурору. Приходит ответ из милиции: «В связи с тем, что в отделении не было конвертов, мы не смогли направить вам ответ в положенные сроки…». И это не анекдот, это печальная быль!


– Зачем вам политика, Геннадий Петрович, ведь ваша жизнь и так заполнена…


– Это не я пришел в политику, это она ко мне пришла. В советские еще времена стал депутатом Совета народных депутатов, можно сказать, по разнарядке – в 1992-м, что ли, году. Правда, советы вскоре разогнали, и уже на выборы в Законодательное Собрание я пошел сознательно. Друзья и товарищи сочли, что мне необходимо быть в представительном органе власти, и особенно приятно, что на выборах в думу города население Ленинского района меня поддержало.


Впрочем, скажу сразу, что никаким политиком я себя не считаю и вообще уверен, чтодепутаты городской думы политикой должны заниматься на 10 процентов, на остальные 90 должны быть, грубо говоря, дворниками. Политику надо оставлять за скобками, ведь так много насущных и актуальных дел! Главное в моей работе – избиратели, их заботы, чаяния…


– Вы сталкиваетесь – как депутат – с такими фактами из жизни людей, с такими ситуациями, которые могут навсегда сделать человека пессимистом. Что вам дает возможность сохранять оптимизм?


– Есть хорошая шутка: настоящий оптимист – это радикальный пессимист. И в шутке этой много правды…


Я считаю, что только от нас зависит, какая будет вокруг жизнь. Сколько раз замечал: человек костерит власть за грязь на улицах города и при этом думает, что за ним все должны бумажки подбирать. Не хочу начинать говорить банальностями, мол, чисто там, где не сорят, но… И когда меня иной раз спрашивают: когда мы будем хорошо жить, я отвечаю: когда начнем переходить улицу только в положенном месте и на зеленый сигнал светофора.


А вообще мне есть, отчего быть оптимистом. Счастлив, что могу показать людям зримые плоды своих усилий – тот же Пушкинский театр, если говорить о постройках в буквальном смысле, или храм святой Татьяны, мемориал Кириллу и Мефодию, здание Института инженерной и социальной экологии на Алеутской (у нас там даже ящерка поставлена – хозяйка Медной горы, потому что там геологи учатся). Или лагерь «Политехник», который удалось отстоять в недоброе время от захвата, и он до сих пор продолжает функционировать и принимать студентов и сотрудников ДВГТУ. Да, это важно. Но еще важнее то, что удалось мне принять участие в выпуске десятков тысяч специалистов – военных и гражданских, молодых кадров для России. Удалось создать кадетский корпус. Сделать военный центр, мемориал подводникам всех поколений…


– Жизнь города без вашего участия представить, наверное, невозможно…


– Ну, это вы хватили…

Все начиналось с «Порт-Артура»


Наверное, истинным счастливцем можно назвать человека, который может вспоминать прошлые годы, перебирая не просто даты, а, к примеру, возведенные здания или воплощенные проекты. Геннадий Турмов в этом смысле счастлив вдвойне, а то и втройне, ведь его вехи – это еще и выпущенные в свет книги, пополняемые годами коллекции открыток и значков…


– Когда проснулась в вас страсть к коллекционированию?


– Попала мне в руки в молодости книга «Порт-Артур» – особое юбилейное издание, выпущенное в 1954 году, когда автор получил за нее Сталинскую премию. Красивое издание, дорогое – фотографии были проложены папиросной бумагой. Сегодня это библиографическая редкость. В этой книге кто-то из прежних читателей забыл открытку – «Гибель "Петропавловска». Вот с этой открытки и началось мое увлечение коллекционированием, историей…


– Ив какой момент вам захотелось не просто собирать, но и рассказать окружающим о своей коллекции – когда коллекция сложилась?


– И когда коллекция сложилась,и когда увидел, к примеру, книгу «Открытки Санкт-Петербурга». Их тогда редко издавали, это сейчас выпускают постоянно каталоги, большие, солидные, а тогда… Мне же захотелось сделать не каталог, не просто разложить все по полочкам, а показать, что через открытки можно увидеть историю, ее преломление, жизнь того времени, когда были выпущены эти открытки. И вот что интересно – такая мысль, видимо, не мне одному в голову пришла, потому что, не сговариваясь, я во Владивостоке, а несколько коллекционеров в Киеве выпустили книги с почти идентичным названием в одно и то же время. Моя называлась «Женский образ в почтовых открытках», а у них – «Женские образы на почтовых открытках». О чем это говорит? Что идея носится в воздухе.


– Открылось ли для вас что-то новое в истории Владивостока в тот момент, когда вы стали собирать открытки и фотографии нашего города?


– Конечно! И немало! Любая открытка несет с собой знание. Это же застывший миг жизни… Прочитал «Крейсера» Пикуля – что-то осталось в памяти. А вот когда во Франции увидел открытку «Жена полковника Жукова выносит знамя из поврежденного японским обстрелом дома во Владивостоке» – это было уже зримо.


– Сколько у вас в коллекции открыток?


– Не считал, потому что большое количество открыток передал Дому музеев ДВГТУ. И по истории русско-японской войны, и по Владивостоку…


– Наверное, ваши друзья и родные не знают проблем с выбором вам подарка: нашел редкую открытку – и прекрасно…


– Нет! – от души смеется Геннадий Петрович. – Чаще всего открытки я нахожу везде сам. Недавно вот была презентация книги «Владивосток в фалеристике» – и один товарищ обещал: я вам завтра же принесу значки, целых пять… И вот уже неделя прошла (смеется). Люди часто забывают… Но я спокойно к этому отношусь.


– Как попадают к вам открытки, вы каждую отслеживаете?


– Чаще всего да. В каких бы странах и городах не бывал – в Японии, в Китае, во Франции, в Корее – иду в специализированные магазины, на развалы. И в советское время, и сегодня. И иногда в букинистике находятся уникальные вещи. К примеру, в одном магазине мне предложили купить письмо-завещание Владимира Арсеньева…


– Сегодня на хобби, наверное, у вас больше остается времени…


– Не сказал бы. Жизнь заполнена так же плотно, как и в бытность мою ректором ДВГТУ. Времени не хватает. Писать книги, статьи, заниматься систематизацией коллекций и всем прочим приходится в основном вечерами. Как я смеюсь, перочинным ножом в нерабочее время… По вечерам, а если чем-то увлечешься, то и по ночам. В выходные… Семья относится снисходительно, но иногда ругается…


Вот могу показать журнал «Фалеристика». Читал его на досуге, увидел статью коллекционера из Харькова «Пропавший фотограф Подзоров». Это целая эпопея! Подзоров был придворнымфотографом наследного принца Сиамского, жил и в Харькове, и во Владивостоке, но автор почти не касается этого периода жизни Подзорова, разве что ссылается на мое интервью одной газете, в которой я упоминаю этого человека. Прочел я статью, посмотрел свою коллекцию, поискал. И нашел не только открытки с работами Подзорова, но и несколько фактов из его биографии. Ну как было не сесть за написание ответной статьи, продолжающей изыскания коллеги из Харькова?


Помню, как нашли мы огромную фотографию в Москве – она теперь хранится в доме музеев ДВГТУ, сделанную Подзоровым. На ней запечатлены военные инженеры Владивостокской крепости. Помню, когда показал это фото исследователю истории крепости Владимиру Калинину, так тот был в восторге. И мы подготовили уже вторую статью – с идентификацией тех, кто запечатлен на фото.


Я еще еженедельно выступаю на радио с циклом передач «Непридуманные истории». За время подготовки программ просто море фактов открылось… Поэтому я часто говорю – мы не знаем своей истории.


– Как в вас, технаре, открылась такая творческая жилка…


– А я бы не делил. Совсем. На физиков-лириков, на технарей-творческих работников… Конечно, есть профессионалы в любой области, но есть и люди, которые могут всерьез увлекаться чем-то, что на первый взгляд, очень от них далеко. Кстати, космонавт Виктор Горбатко однажды сказал, что по количеству коллекционеров на душу населения судят о культуре страны в целом. А Резерфорд говорил: наука делится на два вида: физика и коллекционирование…


На даче не осяду!


Казалось бы – при таком ритме жизни, при такой заполненности каждого дня (неделя вперед еще с воскресенья расписана – по часам!) – какой там отдых, какие книги и спорт? Но тем и удивителен Геннадий Турмов, что для всего в его жизни находится место…


– Не мыслю жизни без книг, – рассказывает он, а я смотрю на огромный, заполненный под завязку, книжный шкаф в его кабинете, – читаю и художественную, и историческую литературу. Вот недавно С. Моэма перечитывал – «Луна и грош», «Театр».


Это сейчас народ книжек не читает, а через пару лет, некоторые говорят, библиотеки вообще отомрут как класс. Но я на это внимания не обращаю – про театр тоже говорили, что он вымрет, когда появилось кино, а про кино – что его вытеснит телевидение. И что? Всему находится место! Я считаю, что у людей по-настоящему образованных должны быть книги, которые они перечитывают и перечитывают, которые идут с ними по жизни… Это признак…


– Интеллигентности?


– Нет, это не то слово. Сразу представляется некто в шляпе и очках, пространно шепотомрассуждающий про политику на кухне. Нет, признак того, что человек совершенствует свой ум.


Я не чураюсь читать детективы – хорошие. Меня привлекает детектив интеллектуальный, можно сказать, классический – Эдгар По, который вообще считается основателем жанра; Конан Дойль, тут же и Рекс Стаут, у которого детектив – битва умов.


– Что вы выбираете в телепрограмме?


– А что показывают, то и смотрю! (смеется). Нет, новости, конечно, нужно же быть в курсе. Не только по ТВ, но и по радио, вообще слушать радио – моя привычка с детства. Фильм хороший не откажусь посмотреть, хотя, конечно, меня сильно огорчает засилье западного кино на экранах.


– А на какой концерт в Пушкинский театр вы обязательно придете? Я вот знаю, что вы очень любите романсы в исполнении Любови Исаевой…


Мы с Любовью Дмитриевной давние друзья, нас познакомил мой хороший друг Валерий Поволяев. Она удивительно поет! Приятно слушать. А еще с удовольствием хожу на классику, оперу люблю…


– Нет желания оставить работу, Думу и начать, как американские или японские пенсионеры, по миру путешествовать? Или на даче осесть?


– Такого никогда не будет. Могу точно сказать. Пока был ректором, никогда не выгуливал полный отпуск. Вообще я только в последние три года отдыхаю весь отпуск – и занимаюсь коллекциями, творчеством… Дачи у меня сейчас нет, а когда была, я там не корнеплоды выращивал, а работал… Вся диссертация докторская там написана…


– Что вам позволяет сохранять такую остроту ума, такой тонус?


– Постоянное общение с молодежью. С ними не соскучишься.


–Спорту есть место в вашей жизни?


– А как же! Прыжки в сторону активно практикую (смеется). Если серьезно, пробежка по Покровскому парку – это святое дело.


– Если я попрошу вас определить жизненные принципы в двух словах…


– Не смогу ответить. Так глобально никогда не задумывался. Жизнь принимаю такой, какая она получается – с провалами и высотами. Она, конечно, не течет ровно, как река Волга, но траекторией своей жизни я доволен. Хорошая траектория. Правильная.


Людмила Александрова.

   



← Назад в раздел