Почему мясной импорт не пускают в Магадан?

В 2009 году в пункте пропуска через государственную границу Магаданского морского порта сотрудники колымского Россельхознадзора задержали порядка 500 тонн импортного мяса. И это в регионе, где собственное сельское хозяйство практически отсутствует, а в основе продовольственных поставок для северян лежат как раз зарубежные. Чем же обусловлена позиция надзорного ведомства? Не препятствует ли столь жесткий контроль торговому бизнесу, который в условиях географической отдаленности и без того требует двойных усилий?

На эти и другие вопросы нашему корреспонденту ответил руководитель Управления Россельхознадзора по Магаданской области Сергей Синопальников.

– Сергей Михайлович, не боитесь, что с такими вашими ведомственными успехами этот бизнес на Колыме сойдет на нет? Ведь предприниматели несут убытки.

– Убежден, что опасаться нечего. Специфика нашего северо-восточного региона такова, что как раз на импортное продовольствие приходится 90 % поставок. Что же касается именно мяса, то ежегодный его завоз не падает ниже 47 тысяч тонн. Так что об отрицательных для бизнеса величинах и речи быть не может.

Мы же обязаны останавливать на границе некачественный товар. Наша главная задача – обеспечить пищевую безопасность колымчан. Согласитесь, финансовые убытки не сопоставимы с тем вредом, который может нанести некачественное продовольствие здоровью людей. А ведь речь идет о северянах, лишенных таких привычных для жителя центральных районов страны продуктов, как домашнее молоко, парное мясо, свежие овощи. Иными словами, наша гастрономическая повседневность состоит как раз из импортного мяса, овощей, фруктов. Значит, и на нас двойная ответственность.

– Своего сельского хозяйства в области вообще нет?

– Колыму осваивали стремительно, причем, вопреки расхожему мнению, не только заключенные, но и добровольцы – страна накануне войны остро нуждалась в золоте. Совхозы появлялись медленнее, чем росла необходимость в них. Да и климат здесь непростой: зона рискованного земледелия, поздние возвратные заморозки, ранний снег. Представьте, что и сегодня наши аграрии-любители высаживают овощи лишь к середине июня, а в конце августа уже начинают ждать морозов. Уповать полностью на местное производство нельзя. Поэтому и тянулись в навигацию судоходные караваны с «генгрузом» к нашим холодным берегам. Все завозное, консервированное, сушеное, мороженое. Конечно, после войны здесь разрослись крупные хозяйства, обосновалось животноводство, растениеводство, окрепла рыбодобыча. Но в годы непростых политических преобразований север вновь обезлюдел. Специалисты разъехались, агропромышленный комплекс переродился в несколько небольших фермерских хозяйств и любительское растениеводство. Поэтому, как и прежде, мы живем на привозном продовольствии. Причем, поставщикам выгоднее везти мясо напрямую, морем из-за границы, чем выстраивать целую транспортную цепочку из многих звеньев, ведь до нас железная дорога пока еще «не дотянулась».

– Откуда поставки?

– По магаданским прилавкам можно географию изучать: здесь и куры из Бразилии, и американская свинина, и ягнятина из Австралии, и кролик из Китая. 

Но подобное разнообразие требует и повышенного контроля, особого «ребра жесткости» с нашей стороны. Например, в прошлом году мы экстрадировали 25 тонн свиных ножек из Дании: в образцах из этой партии был обнаружен бацитрацин – сильнодействующий антибиотик, который довольно популярен в животноводческом бизнесе, однако его остаточное содержание в мясопродукции может причинить существенный вред здоровью человека. А в датских ножках, прибывших в Магадан, содержание бацитрацина превысило норму в 50 раз! «Вернули» мы также 26 тонн мяса кур бразильцам: груз пришел без каких-либо ветеринарно-сопроводительных документов, что рассматривается как серьезнейшее нарушение законодательства. Судите сами: вы бы захотели приобрести мясо, не зная точно, где оно произведено, кем и когда?

– Как реагируют представители мясного бизнеса? – Суды? Лобби на местном уровне?

– На нашей стороне закон. Это главное. Как правило, до судов дело не доходит. Какой может быть суд, если поставщик не предоставляет документы на груз? Это, что называется, заведомая вина. 

И потом: область у нас небольшая и всех предпринимателей, занимающихся тем или иным бизнесом в сфере продовольствия, – а их чуть больше десятка, – мы не просто знаем в лицо, а уже изучили их стиль работы, нацеленность на общий успех или готовность к конфликту.

Это во многом упрощает работу. Такой своеобразный провинциальный бонус: мы можем быстро собраться для диалога, а это дает время для маневров.

К примеру, вернемся к событиям начала года, когда вступил в силу приказ Минсельхоза, утверждающий Правила организации ветнадзора за гидробионтами, рыбой и морепродуктами. Ведь эти новости наделали много шума, подняли мощную волну обсуждений. Мы же еще накануне собрали совещание с нашими рыбопромышленниками, обсудили острые вопросы, сформулировали их для нашей службы в столице, получили ответы и уже на повторном совещании дали ответы нашим предпринимателям. Поэтому в наступивший год рука об руку вошли без проблем: рыбники не боялись простоев во время отгрузки рыбы на берег, были осведомлены о необходимых документах. На мой взгляд, это крайне важно. Ведь Магаданская область – в числе лидеров по добыче водных биоресурсов. И вряд ли есть море богаче Охотского. На события в рыбной отрасли всегда нацелено пристальное внимание общественности и власти. Наши промысловики заняты выловом минтая, сельди, краба, креветок. К тому же к нам на нерест идет и красная рыба – лососевые. Это вообще отдельная тема.

– Горячая пора для вашей службы?

– Конечно. Отсюда уходят сотни тысяч тонн горбуши, кижуча, кеты и красной икры. Мы осматриваем каждый контейнер, каждую партию на предмет готовности документов, качества рыбы, соблюдения температурного режима, чистоты в рефконтейнерах, упаковки. Не пройдет и пары недель после отправки, как наша, колымская горбуша ляжет на прилавки рынков в столице, в Ростове, в Краснодаре – по всей стране. Наша задача – гарантировать ее качество и безопасность. Как вы понимаете, в этой сфере без острых моментов не обходится. И жалуются на нас, упрекают в противодействии бизнесу, «насылают» проверки, но на нашей стороне закон, а он на стороне потребителя, которого мы защищаем.

Опять же, львиная доля серьезных правонарушений приходится как раз на рыбодобычу. Браконьерство, подделки документов, фальсификации. В прошлом году мы совместно с нашими коллегами из Приморья вскрыли схему реализации «незаконной» рыбопродукции. Магаданский рыбопромышленник отправил во Владивосток партию мороженой мойвы и кеты. Предоставленные документы были в порядке. Но мы пришли к выводу о возможных нарушениях законодательства не только при добыче рыбы, но и при перевозке. Мы «выпустили» этот груз, а там его уже встречали.

Результаты осмотра подтвердили обоснованность подозрений. Вместо изначально заявленных 55 тонн мойвы и 10 тонн кеты было обнаружено 62 с половиной тонны рыбы лососевых видов и 250 кг красной икры. Вся продукция – без маркировки и соответствующих ветеринарно-сопроводительных документов.

– Иными словами, в фокусе ваших главных интересов и тревог – это граница: как на входе, так и на выходе продовольствия?

– И не только продовольствия. На наших плечах – фитосанитарный досмотр грузов, поступающих из-за границы, а это не только овощи и фрукты, но и тара, техника, стройматериалы, словом, все, что пересекает наши рубежи. В частности, автотехника из Японии, которая идет в область мощным потоком – здесь же через море «рукой подать». И чего мы только на ней не находили! Невредимое гнездо земляной осы – на колесах тяжелого бульдозера «Камацу», а вот совсем недавно за сеткой радиатора японского мини-джипа наши специалисты обнаружили целое гнездо небольшой птички с яйцами внутри него. Само по себе гнездо опасности не представляет, но ведь на комьях земли, на соломе из Японии может «приехать» и грипп птиц, и нематода и прочие карантины для нашей страны объекты.

В зоне нашей ответственности и ветеринарный надзор за здоровьем животных – несколько КФХ в области все-таки работают. Здесь мы подчас сталкиваемся с самыми неожиданными ситуациями. Буквально неделю назад в Нагаевскую бухту пришло судно со скотом в адрес одного фермера – для Колымы событие огромной важности и редкости. Пока судно шло в Магадан, коровы отелились прямо на его борту – путь-то неблизкий! Зато мы, в свою очередь, оформили документы на вывоз японского шпица на Соломоновы острова. Только представьте: с Колымы – да в такой рай!

Марина Жарникова.

г. Магадан     



← Назад в раздел