Задачи и проблемы недропользования в Республике Саха (Якутия)

– Леонид Николаевич, сегодня много говорят о стратегическом значении Дальнего Востока. Одна из составляющих безопасности страны -огромные полезные ископаемые, которые расположены в этом регионе. Ощущает ли на себе геологоразведка внимание государства? – В 1993 году был принят Закон «О недрах», который изменил идеологию проведения геологоразведочных работ. В результате было уменьшено в разы финансирование, сокращались и ликвидировались экспедиции. Более 400 тысяч геологов, которые работали в отрасли, в одночасье с развалом СССР оказались в сложной ситуации. Претерпела изменение и структура управления. В последние время управлением отрасли занимаются Министерство природных ресурсов и экологии РФ, Федеральное агентство по недропользованию и органы управления недропользованием в субъектах. Сегодня сложилась определенная система в планировании и финансировании геологоразведочных работ. В целом по стране на региональные, оценочно-поисковые работы, мониторинг окружающей среды и землетрясений выделяется около 20 миллиардов рублей. Еще примерно 200 миллиардов вкладывают недропользователи. Постепенно претерпевает изменения и структура производственных организаций, большинство их сосредоточено у недропользователей, где наибольший объем геологоразведочных работ. Региональные и поисковые работы выполняют организации, оставшиеся в основном с советского времени. Это примерно 10 - 15 % от всех объемов геологоразведочных работ. Последние четыре - пять лет это приобрело плановый характер. Если говорить о Республике Саха (Якутия), то объем геологоразведочных работ по отношению к 1990 году снизился в разы, даже с учетом того, что основной объем выполняют недропользователи. Если в советское время мы изучали порядка 850 участков ежегодно, то сегодня не больше 300. Соответственно, снизились и темпы изучения территории Якутии в целом, хотя в общегеологическом и региональном плане она наименее исследована и очень перспективна в части полезных ископаемых. Еще одна проблема кроме недостаточного финансирования - лицензирование, которое сосредоточено на федеральном уровне. Все согласительные процедуры занимают полтора - два года. Это тоже сдерживает проведение работ за счет как недропользователей, так и государственных средств. Значительно мешает Федеральный закон № 94 «О размещении заказа на поставки товаров, выполнение государственных и муниципальных услуг». Он предполагает очень либеральные подходы по всем видам работ и услуг, не учитывая специфики геологоразведки. В результате в конкурсе может участвовать любая организация, даже та, которая не знает специфики, сложностей работ и отдаленности территории, а значит, тендер могут выиграть посредники, что сказывается на эффективности работы. Еще один недостаток закона, что субъекты не могут лицензировать, делать госзаказ на геологоразведку напрямую. Еще в 1993 году закон разделил участки на федеральные, региональные и местные, но только через 15 лет были выделены участки федерального значения. Сегодня они определены в статье закона и ими управляет правительство РФ. Считаю, что субъектам России должны быть переданы в управление небольшие участки различных полезных ископаемых, как лесное или водное хозяйство. Многие такие участки, например, россыпного золота, подземных вод не требуют капвложений и могли бы всего за несколько месяцев лицензироваться через субъекты России. Федеральная власть воздерживается до сих пор от выделения местных участков. – Мы говорим о взаимоотношениях государства и субъектов. А как строятся отношения между государством и бизнесом? – В целом в России создается достаточно благоприятная среда для горного бизнеса. В прошлом году принят ряд законов, в том числе внесены изменения в Налоговый кодекс, позволяющие освободить компании, осваивающие нефтяные месторождения в условиях Крайнего Севера, от налога на прибыль на определенное время. Все месторождения республики попали в этот список. Очередь – за другими полезными ископаемыми в условиях Крайнего Севера. – Сегодня идет разработка Стратегии развития геологической отрасли на период до 2030 года. На что бы вы как специалист обратили особое внимание в этом документе? – Необходимость в таком документе давно назрела. Геология и геологоразведка – достаточно консервативная отрасль, и ей нужно указать направление на длительный срок. Проекты должны работать длительно на три - пять лет, а на нефтяном шельфе арктических морей и до 10 лет. Стратегия вытекает из существующего законодательства и включает в себя общегеологические работы по исследованию территории, отчасти геологическое изучение в части региональных поисковых работ, лицензирование перспективных площадей. Она в целом охватывает практически все виды стратегических полезных ископаемых. Хотелось бы, чтобы в стратегии как приоритет были выделены Дальний Восток и Крайний Север, где своя специфика работ. На мой взгляд, в ней должно быть четко определено, кто должен проводить государственное геологическое изучение территории. Такие структуры можно создать из оставшихся геологических предприятий и вывести из-под действия ФЗ-94 о госпоставках. Отдельный блок по геологоразведке должен быть и в Стратегии развития Дальнего Востока и Байкальского региона до 2025 года. – Каковы успехи и перспективы якутской геологии? – Мы работаем в рамках федеральной и территориальной программ геологоразведочных работ. Территориальная целевая программа до 2020 года носит рамочный характер и уточняется каждые пять лет, на которые расписываются задачи, объемы и ассигнования. Кроме того, идет ежегодное их уточнение. Первая программа с 2002-го по 2006 год выполнена, сейчас реализуется вторая – с 2007-го по 2011-й. В ней предусмотрены все направления работы и сведены все источники финансирования, в том числе из федерального бюджета, порядка 15 %. Здесь мы занимаем лидирующее положение на Дальнем Востоке – на геологоразведку тратится более 10 миллиардов рублей. Республиканский бюджет решает свои задачи. Главная – снабжение населения чистой водой в тех районах, где оно носит сезонный характер и где нет водозаборов. Второе направление – обеспечение строительным материалом реализуемых на нашей территории проектов. За последние три года число пользователей строительных материалов возросло в разы – с полутора десятков до 200. Количество же участков превысило 400. Следующее направление – работа недропользователей на отведенных участках. Основные отрасли, занимающиеся геологоразведкой – алмазы, нефть и газ, драгоценные металлы, строительные материалы, уголь и т. д. Здесь первая задача – воспроизведение потраченных запасов. Она в первую очередь стоит перед алмазной отраслью, которая переходит от открытой добычи на подземную, что не снимает необходимости поиска новых месторождений. Наращивание запасов становится первоочередной задачей в нефтяной и угольной отраслях. Причем нефтегазовая отрасль по объемам геологоразведки выходит на первое место. Поисковые и разведочные работы ведутся в основном в зоне нефтепровода, но руководство республики убедило федеральный центр, и проводятся также региональные работы на нефть и газ на востоке республики: в Усть-Майском, Томпонском, Амгинском и Таттинском районах, где есть прогнозы. К сожалению, пока у нас отстает бурение на новых площадях, что не дает возможности быстрее подготовить участки для лицензирования, а значит, и начать разведывательные работы. Мы считаем, что нужно увеличить финансирование региональных работ на перспективных площадях в Южной Якутии, где сегодня разворачиваются большие проекты. Но федеральный центр не идет на это, выделяя одинаковое ассигнование всем субъектам. Считаем это несправедливым, потому что у нас не только территория во много раз больше, чем у других регионов, но и высокие перспективы и потребность в новых месторождениях. Еще раз повторю, что пришла пора передать субъектам полномочия по лицензированию небольших месторождений, что также могло бы обеспечить работой в горном бизнесе малое предпринимательство. Беспокоит значительный размер разовых платежей за участки еще до начала работ. Мне кажется, что это неверно, особенно для тех участков, которые расположены в труднодоступных местах, иногда с полным отсутствием инфраструктуры. – Есть ли проблемы с кадрами? – Все, что произошло со страной, отразилось и на отрасли. Следует отметить, что крупные предприятия, такие как «АЛРОСА», адаптировались и сохранили свои кадры. Обновляется техника, а зарплата у геологов не хуже, чем у добывающих работников. Остальные организации республики, особенно те, которые занимались разведочными работами на нефтяных и газовых месторождениях, подрастеряли работников. Подобная ситуация и с геологами по твердым полезным ископаемым. Здесь остро строит вопрос с оплатой труда, поскольку расценки федеральных заказов очень низкие. – Не секрет, что освоение месторождений нередко вызывает негативную реакцию ряда экологических организаций и части населения. Как бы вы это прокомментировали? Насколько они правы в своих опасениях? – Любое экономическое развитие территории влечет за собой вторжение в экологию. Должно быть разумное сосуществование экономики и экологии. Во многих странах это решено. Когда-нибудь к этому придем и мы. Есть и вторая сторона вопроса - правовая активность и грамотность населения. Есть ответственность добывающих компаний за экологию перед населением. Это прописано в статье 9 Конституции РФ, где четко определено, что природные ресурсы являются основой жизни населения. Так что с точки зрения закона нормально. Но, когда мы переходим к практике, все начинает немного извращаться. Производственные организации действуют настолько, насколько мы им позволяем. Необходим жесткий контроль за выполнением проекта от первой гайки до толстой трубы со стороны как специальных органов, так и населения. Кроме того, нужно учитывать и то, что у нас строят и эксплуатируют объекты разные организации, поэтому при передаче объекта необходимо дотошно проверять выполнение проекта, тогда не будет никаких недоразумений при его эксплуатации. Организации сами должны работать с населением. У них же есть старая привычка производственников - работать с верхами, в последнее время - немного с муниципальными органами, а до населения не всегда доходят. Не нужно ждать, когда население выйдет на улицу, а информировать и разъяснять. Если каждый будет знать, что, где и как делается, все вопросы будут сняты. Марина КОЛБАСИНА. г. Якутск  



← Назад в раздел