Не выпускать факел из рук

Приморцы до сих пор помнят легенду о пред принимателе XIX века Старцеве, который близ Хасана развел такое огромное стадо пятнистых оленей, что они, одичав, вольно бродили по увалам побережья залива Петра Великого. А кто расскажет про его последователя - уральца Михаила Гусева, прибывшего в хасанское село Кубанское в 1970 году после окончаения Оренбургского сельхозинститута с молодой женой и дочуркой на руках, чтобы не только обустроить маленький клочок земли у моря, а все дальневосточное побережье? Начинал Михаил Иванович простым специалистом приморского зверосовхоза, а вырос до директора “Дальзверотреста”, объединившего 23 крупнейших звероводческих хозяйства и все их подразделения! 8,5 тысячи работающих и припеваючи живущих приморских звероводов выдавали на Ленинградский пушной аукцион по 1,5 миллиона штук первоклассных шкурок норки. А сверх того СССР от него получал ежегодно 8,5 тонны пантов пятнистого оленя – уникального “продукта”, из которого делались самые действенные медицинские препараты.

В канун Нового года не грех встретиться с Михаилом Гусевым и повспоминать: как он преображал тот мир природы, сполна дающий человеку свои дары, и куда, в какую пропасть все его огромное хозяйство сгинуло? Ведь теперь в Приморье остался всего один влачащий жалкое существование пушной совхоз “Тигровый”.

– Наше предприятие было в тот период единственным в мире по выпуску такого количества шкурок норки, - рассказывает Михаил Иванович, - и я бы подчеркнул одну отличительную его особенность: производство работало по схеме законченного цикла - выращивание зверьков на фермах, выделка шкурок, пошив из меха высококачественных изделий и их реализация на рынках сбыта страны и зарубежья.

Насколько качественным был товар с маркой “Дальпушнина”, говорят многочисленные награды, полученные на союзных и мировых выставках, на лондонских аукционах “мягкого золота”, где дальневосточная пушнина, как говорится, уходила “с молотка”. Мы на Дальнем Востоке занимали второе место по притоку валюты в государственный бюджет. Тем не менее не эти результаты для производителей стали показательными, а то, как в приморских глубинках решались социальные проблемы: зарплата у людей была высокой, все, даже самые дальние поселки звероводов и оленеводов, отстраивались по единому образцу - с централизованным отоплением, водоснабжением, канализацией. В каждом из них в обязательном порядке располагался фельдшерский пункт, строились столовые, бани, клубы. Только в двух хозяйствах успели заложить фундаменты общественных зданий, а довести их до логического конца помешала “перестройка”. И все же звероводческие комплексы, борясь всеми силами за выживаемость, дотянули до 1997 года - критической точки своего существования.

– Объяснимо дело развала промышленных предприятий – заводов, фабрик, шахт Дальнего Востока. Но вот почти нереально, Михаил Иванович, развалилась грандиозная “фабрика мягкого золота”, дающая, как вы говорите, мощный приток валюты стране?

 

– Вопрос перестройки дальневосточного пушного хозяйства был поставлен своевременно еще в начале 90-х годов. Два года велись сражения с нашим ведомством, чтобы из “Дальзверотреста” перейти в статус объединения “Дальпушнина”. На очередном этапе рыночных преобразований, имея громадный организаторский опыт, мы разработали схему перехода из ослабевающей звероводческой системы региона на путь создания мощной ассоциации “Роспушнина”, объединяющей в себе зверохозяйства, пушно-меховые фабрики и аукцион России. Столичные чиновники посчитали такую меру неприемлемой по той причине, что, мол, регионы хотят выгодное дело подгрести под себя.

И вот тогда-то и грянули, считаю, преднамеренные действия “сверху” по развалу отрасли. Прежде всего нам перекрыли финансовые клапаны центрального аккредитования. Был ликвидирован “Агробанк”. Дальше – больше: поползли вверх процентные ставки кредитования – они выросли до 200%. Резко упала при этом ценовая политика: если, к примеру, за килограмм оленьих пантов раньше давали 860 долларов США, то теперь стоимость скатилась в четыре раза ниже. Звероводство и оленеводство, как и все сельскохозяйственное производство, работало по замкнутому технологическому циклу: выращивали зверьков, потом забивали их, обрабатывали шкурки и реализовывали мех. А это свои особенности, возможность расчета с кредитами только по окончании цикла. После выплаты банку кредита какая-то часть средств оставалась на развитие, а потом мы брали опять кредит на следующий сезон. Эта схема была полностью ликвидирована. Хуже того: если звероводы и оленеводы, как сезонники, всегда платили налоги один раз в год, то теперь и их принудили пересчитывать и платить ежемесячно. А это – смертный “налоговый пресс” - пошли пеня, штрафы, недоимки, взыскания, которые неминуемо даже сильные хозяйства подвели к финансовой катастрофе. Так “Дальпушнина” оказалась в лапах арбитража и внешних управляющих, которые дальновидно усмотрели блеск доллара в рогах пятнистых оленей и на каждом хвосте норки, запретив нам самим всякую реализацию.

Все это, естественно, привело к краху тех 23 хозяйств. Огромная армия тружеников - у нас ведь работало 8,5 тысячи человек – остались не только без средств к жизни, но и лишились непосредственно самой работы. А иного производства и источника существования у дальних сел не было.

– Куда же люди делись?

 

– Разъехались по городам и весям. Остались лишь неприспособленные к рынку по своей профессии старики. В конце концов безработица, заброшенность, бесперспективность, уныние довели людей до степени деградации. В тех заброшенных селах теперь растет новое поколение молодежи ,абсолютно к жизни не приспособленное - процветают воровство, пьянство и наркомания, хулиганство, бродяжничество и браконьерство. Люди перешли “на подножный корм”, отвыкли от труда. Деформировались души человеческие. А это – самое страшное для общества. В такой ситуации оказались на Дальнем Востоке рыбаки, труженики агропромышленного комплекса.

– Вы же, как специалист агропромышленного комплекса, не ушли из этой сферы, став директором Приморского филиала “Россельхозбанка”?

 

– Всех нас, честно сказать, спасла эпоха правления Путина. Его приход к президентской власти - крутой поворот к Человеку на 180 градусов. Создание “Россельхозбанка” и его региональной сети филиалов - это мощнейший, дальновидный шаг к возрождению чуть ли не загубленного села. Вот посмотрите: в Приморье уже создано 13 из 15 запланированных филиалов. На кого и как они работают? В наш банк приходят не только “крутые” предприниматели, вовремя сориентировавшиеся на российском рынке, а простые частники. По нашей статистике банк больше всего обслуживает крестьянские и фермерские хозяйства. Все АПК, которые держались на плаву, благодаря банку стали на экономическом берегу прочно держаться на ногах. Приведу только одну цифру, характеризующую “портфель” Приморского филиала “Россельхозбанка”: в 2007 году он, полагаю, заполнится до 2 млрд. рублей средств, предназначенных только для селян. Если раньше агропредприниматели находились в безнадежной подвешенности: лишь бы год протянуть, ориентир – куда кривая вывезет, то сейчас развился интерес к перспективному планированию. Он охватил и все крестьянство: у кого-то, худо-бедно, одна коровенка была, взяв в банке беспроцентный кредит, сумел завести две - три коровы, закупить корма, элементарную технику, позволил себе содержать с десяток поросят. И с личного подсобного хозяйства перейти в разряд крестьянского фермерства. Знаете, у нас в Приморье стали повсеместно возрождаться свиноводческие и животноводческие комплексы, завезено племенное поголовье крупного рогатого скота из Австралии, которое успешно прошло климатическую адаптацию, и начался резкий подъем продуктивности скота по всем параметрам.

Однако никогда в истории сельскохозяйственного производства Приморья не было интенсивнее, производительнее шага, чем путинская приоритетная национальная программа подъема сельского хозяйства. Это экономическое “изобретение века” президента страны для развития села, словно “соль” земли, стало оживлять не только само производство, но ложиться как бальзам на душу придавленного рыночными экспериментами русского человека. Финансовая деятельность банка в сочетании с путинским аграрным проектом стала хребтом развития сельского хозяйства на окраине России.

И хотя в Приморье, как говорится, экстремальные погодные условия, но при 70 %-й финансовой поддержке от банковского “портфеля” (еще раз подчеркну: одного из самого мощного в России - “Россельхозбанк” вошел в десятку крупнейших финансовых предприятий страны) земля стала ежегодно давать отдачу с прибылью.

– И в этом году хорошо сработали?

 

– Завершившийся 2007-й не очень был благотворным для земледельцев, однако, скажем, некоторые Ханкайские соеводческие хозяйства взяли на круг по 18 центнеров сои. В какие времена такое было? Рекорды становятся, благодаря новой технической вооруженности, нормой: если раньше на плантациях работало техническое “старье” 1989 года выпуска, то теперь сами производители благодаря банку переходят на современную технологию возделывания драгоценной культуры, а к ней в придачу идет из Америки “долгоиграющая” техника, приспособленная к переувлажненным землям. И в результате - там, где эта была техника внедрена, поля одаривают аграриев по 23 центнера бобовых с гектара!

Можно и дальше продолжать экскурс по приморской ниве нынешнего времени. Но… я бы хотел подчеркнуть, даже “высветить”, в моем понимании, путинскую неуемную президентскую целеустремленность к развороту тяжеловесного российского правительства лицом к Дальнему Востоку как базе всей России для внедрения в экономику стран АТР. Его постоянные поездки к Тихому океану, пристальное внимание к развитию золотодобывающей отрасли, нефтегазоносному комплексу, транспортной составляющей региона, демографической ситуации и ее основополагающей социальной сфере дальневосточников, укреплению здесь обороноспособности – все это единые звенья политики национальной безопасности.

Именно этими звеньями стала пристально по указке Путина заниматься политическая партия “Единая Россия”, положительная роль которой, надо отдать должное, принадлежит в принятии ныне насыщенной и конкретной программы переустройства региона – “Развития Дальнего Востока и Забайкалья до 2013 года”. В разрезе ее настроено президентом даже международное мероприятие по проведению во Владивостоке саммита АТЭС и 100-миллиардное финансирование переустройства Владивостока как главной международной точки контактов со всеми странами Тихоокеанского региона.

Путин возглавил “Единую Россию” на выборах в Государственную думу, дав ей шанс разгромно победить все другие политические партии. По моему глубокому и непоколебимому убеждению – я как руководитель с 37-летним стажем работы, знаю психологию людей – это был своеобразный статус доверия, а может быть, референдум народа на дальнейшее президентство Владимира Путина.

Я больше чем уверен, тот, кто не явился на избирательные участки, будь это референдум – обеими руками проголосовали бы за Владимира Владимировича. Дело тут вовсе не в вождизме, свойственном, как пытаются представить народное устремление всякого рода российские и заграничные демократы.

Просто русскому люду, наконец, посчастливилось: пришел к власти человек- личность – молодой, интересный, умный, владеющий видением горизонтов великой страны. Его вовсе не сравнить с политикой российской олигархии, потрясающей за кордоном своими неправедно нажитыми миллиардами. Это не замшелый чиновник высшего масштаба. Он далеко не вождь, сидящий за древними стенами звездного Кремля и думающий “день и ночь о нас”. Путин – экономист, владеющий полным анализом жизни страны, ее возможностей и резервов. Философ и политик, выступающий без трибун и заранее заготовленных докладов для миллионов.

Так вот: мне абсолютно не стало понятно: как и почему Владимир Путин по инициативе спасенной “Единой России”, призывающей к единению, на полпути своих реформ решил передать факел незавершенного дела другому человеку? Говорят: Конституция не позволяет идти в президенты на третий срок! Строчка, записанная в основной Закон. Но…позвольте, разве граждане великой державы, вставшей, благодаря Путину, вопреки всем планам зарубежных недругов, с колен, выбравшейся из жуткого развала, не просто по ошибке допущенного, а хитроумно спланированного допутинскими правителями России, не имеют права сказать свое веское слово к изменению этой , изжившей себя в новое время строки?

Собственно говоря, народ на выборах в Госдуму, как мне кажется, дал свое “добро” на продление срока президентства. Просто Госдуме в новом составе следовало эту проблему законодательным образом решить. И не оглядываться на то, что скажет Запад, Восток, Америка. Мы - это Россия, а она – только моя страна. И именно народу решать, кто им будет править и сколько. А если экономически, социально и политически страна обязана этому президенту, то его курс на возрождение и есть достояние народа, однажды избравшего его. А у народа сегодня не спрашивают, сколько быть Путину президентом, не спрашивают про третий срок, а подводят свою платформу под предстоящие выборы. Это мое личное мнение.

Николай РУСС.г. Владивосток



← Назад в раздел