Россия и Китай. Диалог в одной тональности

Что для нас Китай и мы для Китая?

Открывая дискуссию, ведущий круглого стола директор Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, доктор исторических наук, профессор, китаевед и специалист в области международных отношений, председатель Приморского отделения Общества российско-китайской дружбы Виктор Лаврентьевич Ларин обозначил злободневность и актуальность заявленной темы:

– Научное и практическое значение проблемы китайского влияния, китайского присутствия в Тихоокеанской России безусловно. От того, какие научные оценки существуют, во многом зависят и формирование реальной политики России в отношении Китая, и конкретные отношения между нашими народами и соседними территориями. Пока, к сожалению, у России нет четкого представления о роли и месте Китая как в стратегии ее развития в целом, так и в планах по развитию дальневосточных территорий.

Ведущий историк-востоковед считает, что главным ограничителем к развитию отношений с российской стороны является подсознательный страх перед бурно развивающимся Китаем, непонимание того, как использовать этот, без преувеличения, гигантский потенциал на благо России, в интересах ее дальневосточных территорий. Есть ли возможность для более эффективного и плодотворного взаимодействия? Что такое Китай? Это угроза или шанс? К сожалению, говорит историк, если поставить такой вопрос перед населением России, то, думается, процентов 70, а то и больше, скажут, что это угроза. Китай же относится к нам очень прагматично - четко декларирует, зачем ему нужна Россия, какие отношения хочет выстраивать с нами, какие у него цели. Мы же на сегодняшний день этого сделать не в состоянии.

Китайцы любят игратьв шашки

– Китайцы любят играть в шашки, а вы – в шахматы. Мастером в этих играх считается тот, кто мыслит стратегическими категориями с учетом обстановки в целом, -–так философски обозначил реальную суть политики Китая в отношении российского Дальнего Востока заместитель генерального консула КНР в Хабаровске господин Юй Цзюнь, специально приехавший во Владивосток для участия в этом круглом столе.Первое – торгово-экономическое сотрудничество. Торговый оборот в прошлом году превысил 80 млрд. долл. США. Это самый высокий результат в истории отношений. В первые три месяца 2012 года - 21 млрд. долл. США. Это 33 процента прироста. Такими темпами товарооборот к 2015 году достигнет 100 млрд. долл. США, а к 2020-му – 200 млрд. Второе – сотрудничество в энергетике. Третье – «прорыв в области финансовой сферы», четвертое – «улучшение регионального сотрудничества». В прошлом году объем приграничной торговли составил 9 млрд. долл., за два месяца нынешнего года – 763 млн. долл., прирост – 11 процентов. Пятое – китайская сторона видит «прекрасные перспективы в области предоставления рабочей силы и строительных подрядов». В прошлом году общая сумма подписанных двусторонних контрактов на строительные подряды составила 1 млрд. 380 млн. долл., прирост – 16 процентов. Но в целом, констатировал представитель консульства, «все еще наблюдается некоторое несоответствие между двусторонними политическими взаимоотношениями на высшем уровне и огромными потенциалом для сотрудничества». И предлагает ряд конструктивных шагов: добиваться расширения масштабов торговли, оптимизировать ее структуру, упорядочивать торговые нормы, развивать сотрудничество в области энергетики; расширять кооперацию в ядерной энергетике, угольной промышленности; действенно продвигать сотрудничество в области высоких технологий; укреплять сотрудничество в кредитно-финансовой и инвестиционной сферах, содействовать укреплению доверия между деловыми кругами обеих стран, последовательно претворять в жизнь китайско-российский план инвестиционного сотрудничества; укреплять региональное и приграничное сотрудничество; ускорить процесс создания надлежащей системы и инфраструктуры.

Провозглашая курс «на развитие добрососедских отношений», стремясь не на словах, а на деле к плодотворному сотрудничеству, Китай не может понять тормозящих это сотрудничество шагов России. Сетуя на отсутствие масштабных прямых инвестиций, господин Юй Цзюнь недоумевает: «У меня такое впечатление, что тенденции развития обнадеживающие, а разница между реалиями и мечтами огромная. В чем проблема? Скажите нам».

Мозаика скрытых форм

Как велико присутствие Китая на Дальнем Востоке России, на первый взгляд, ответить несложно: Китай давит, его много, его товары везде. Но профессор кафедры мировой экономики ДВФУ Николай Иванович Фокин предлагает посмотреть глубже - на структуру китайского экспорта, разложить мозаику, из которой складывается совершенно иная картина:

– Ревальвация юаня происходит очень динамично. В 2008 году курсовое соотношение составляло 3,2 рубля за один юань, в 2009-м – 4,5, сейчас – 5 рублей за один юань. Не менее динамично растет и доля зарплаты в цене китайской продукции – за последние три года на 18 процентов ежегодно. Если все эти тенденции сохранятся, то к 2015 году по показателям цены и зарплаты китайские товары в цене сравняются с американскими. Закономерно, что в марте этого года впервые за много лет общий объем внешней торговли КНР был сведен с отрицательным сальдо – импорт превысил экспорт. Каким образом это касается российского Дальнего Востока? Самым прямым. Падение конкурентоспособности китайских товаров означает, что еще недавно сравнительно недорогие потребительские товары из Китая становятся менее доступными для жителей нашего региона.

Насколько Китай зависит от России? Профессор приводит цифры: экспорт российской нефти в Китай составляет лишь 6 процентов от общего объема китайского импорта нефти. Соответствующий показатель по газу – 4 процента. Скажутся на масштабах торговли и обширные планы Китая по добыче сланцевого газа. Неудивительно, что многолетние китайско-российские газовые переговоры так и не воплотились в конкретные решения. И Китай нашел себе поставщиков в других странах.

Так много ли у нас Китая? Ответ достаточно противоречивый. Китай присутствует на российском Дальнем Востоке не только в прямых формах – товарной, инвестиционной и миграционной. Не менее значимы и скрытые, неявные формы его присутствия. Одна из таких – демонстрационный эффект успехов китайской экономики. На чем он основан? На том, что границы открыты, можно свободно поехать в страну и увидеть этот эффект воочию. В этой связи возникают вопросы о политике российского федерального центра. Почему мы не можем сделать так, как у них? Что есть у них такого, чего нет у нас? Вывод докладчика очевиден: присутствие Китая в российском экономическом пространстве сильно переоценено. Более того, оно сжимается, и, похоже, на передний план выходят косвенные скрытые демонстрационные факторы и формы влияния Китая на российскую жизнь, в том числе и на нашу дальневосточную.

Главный иммиграционный тренд

– Как таковой демографический эффект присутствия Китая в Тихоокеанской России незначителен. На фоне снижения численности населения региона немаловажным является только использование китайской рабочей силы. Идет последовательное сокращение численности постоянного населения – это сейчас главный иммиграционный тренд, – сказал кандидат исторических наук, доцент Благовещенского государственного педагогического университета Андрей Викторович Друзяка. – А демографическая ситуация на Дальнем Востоке такова – на сегодня общее число жителей составляет 6 291 900 человек. По неутешительным прогнозам, к 2050 году здесь останется 4 миллиона человек. В этой связи вызывает серьезные опасения миграционная политика российского правительства, в результате которой к 2004 году произошло резкое снижение притока мигрантов – до 119 тысяч человек всего (до миллиона ранее). Можно сказать, что мы перешли от натурализационной политики к ротационной, то есть привлекаем иностранную рабочую силу, которая закрывает дыры на нашем рынке труда.

А.В. Друзяка считает, что основные иммиграционные потоки в регионе сегодня регулирует рыночная стихия и никакого отношения к решению демографических проблем Дальнего Востока эти потоки не имеют. Например, в Амурской области вид на жительство имеют всего 89 граждан КНР, разрешение на временное пребывание – 21 человек. Прошедшее в 2002 году ужесточение законодательства о гражданстве и правовом положении иностранных граждан явно не способствовало притоку иммигрантов на постоянное место жительства в Россию и созданию благоприятного миграционного климата в стране.

В этой связи как оценивать влияние китайской преступности на российский Дальний Восток? Ощущаем ли китайскую организованную преступность, насколько она является угрозой и какие меры следует предпринять? – такие вопросы поставил заместитель начальника управления Минюста России по Приморскому краю, член Российской криминалистической ассоциации Игорь Николаевич Баранник. Проработавшй около 30 лет в силовых структурах, он занимался вопросами борьбы с международной преступностью и сделал вывод: обострение экономических проблем, нестабильность, деградация среды обитания, просчеты в политике вызывают проблемы борьбы с преступностью. Назвав сферы влияния, криминолог озвучил количество правонарушений, совершенных гражданами КНР. Таковых за девять месяцев 2009 года на территории ДВФО было 179. В Приморском крае доля преступлений, совершенных иностранцами, в том числе гражданами КНР, растет. В прошлом году китайцы совершили 120 преступлений, 90 из них связано с пересечением границы. Столько же было и против китайцев – 120, из них 87 краж, 7 грабежей, 3 разбоя.

– Однако из-за недостатка средств учета у миграционной и пограничной служб трудно дать объективную картину перемещений китайцев через границу, делаются неверные выводы о масштабах миграции, нагнетается антикитайская истерия. А если брать китайскую преступность в сравнении со всей преступностью, совершенной иностранными гражданами, то проблема явно гиперболизирована.

Председатель Приморской региональной общественной организации «Миграция» Сергей Григорьевич Пушкарев поддержал докладчика в том, что организованной преступности способствуют непродуманные решения в миграционной политике. В результате образовались целые подпольные компании, торгующие приглашениями, коммерческими визами. В то же время, по данным Союза российско-китайских предпринимателей, около ста предпринимателей, более 10 лет работающих на российском рынке, не могут легализовать свое положение. Отсутствие государственной политики в отношениях с великим соседом порождает миф "об ордах". На этом посыле принимаются управленческие решения, необоснованно требующие вложения бюджетных средств. Это ли не коррупционная составляющая?

Кстати, эксперты отмечают, что самый управляемый поток мигрантов идет из Китая. Виза - работодатель - сроки пребывания – здесь все прозрачно. Но, к сожалению, китайцы и сами уже неохотно едут к нам. Уровень их жизни поднялся, и меньше чем на 1 000 долларов зарплаты они не согласны за те условия труда, которые им здесь предлагают, они предпочитают третьи страны. У нас и туристов становится меньше. И туристическая отрасль поставлена так, что все доходы остаются на той стороне.

Валерий Павлович Бутов, в прошлом председатель Общества российско-китайской дружбы, заострил внимание участников круглого стола на необходимости обустройства транспортной инфраструктуры в морских портах Посьет, Славянка, Владивосток, Находка и на погранпереходах, что улучшит перераспределение грузопотоков с обеих сторон и ускорит темпы экономического развития густонаселенных провинций Хэйлунцзян, Цзилинь и территорий с нашей стороны. Для чего необходимо действенное решение правительства.

К правительству апеллировал и Анатолий Георгиевич Смирнов, заместитель редактора альманаха «Литературный Владивосток», член правления Общества российско-китайской дружбы. Он напомнил собравшимся о позорящей российскую сторону практике оформления туристов и пассажиров на железнодорожном переходе Гродеково - Суйфэньхэ, где до сих пор это действо происходит не в вагонах, как во всем цивилизованном мире, а в здании переполненного вокзала, в длиннющих очередях. Разгадка проста: поезд имеет статус – рабочий, как это было обусловлено межправительственным соглашением 50-х годов прошлого столетия.

На этом фоне очень оптимистичным выглядело выступление профессора кафедры китаеведения ДВФУ Дианы Альбертовны Владимировой о культурных связях с Китаем. «Россия и Китай, – сказала она, – ставят своей целью поддержание высокого уровня культурного обмена между государствами: обмен деятелями культуры и искусства, организация гастролей художественных коллективов, сотрудничество между музеями, совместные образовательные проекты, обмены студентами».

Поддерживает эту позицию и научный сотрудник Института истории Андрей Владимирович Поповкин: «Можно утверждать, что наибольшие перспективы развития отношений России с Китаем в современных условиях лежат не в сфере чистой экономической прагматики, а в области диалога культур».

«Китайцы тоже нормальные люди...»

Вопрос об использовании трансграничного состояния вод озера Ханка, рек Раздольной, Уссури задала представителю генконсульства КНР Татьяна Николаевна Луценко, сотрудник Института географии, сказав, что со стороны Китая источники загрязняются аммиаком. На что господин Юй ответил, что китайское правительство стало строго контролировать экологическое состояние окружающей среды, выделяет на ее охрану миллиардные средства. Скоро экология придет в норму, только требуется некоторое время: «Китайцы тоже нормальные люди, мы не хотим себя травить», – убедительно констатировал китайский чиновник.

В общую картину позиционирования Китая в России внесли свои дополнения сотрудники Института истории Андрей Сергеевич Веремейчик, рассказавший о наличии источников страха у китайских мигрантов – милиция, таможня, скинхеды, вымогательство, и Сергей Александрович Иванов, предложивший в целях обеспечения достоверности сведений усилить контроль статистических данных, которые в разных источниках отличаются в разы. СМИ тиражируют эти сведения, и получается, что китайцы возделывают почти все имеющиеся у нас земли. Это надо сделать, чтобы достоверно знать, насколько велико китайское присутствие в регионе.

Елена Алексеевна Костицина, психолог из пограничного с Китаем города Лесозаводска, считает, что союз наших стран может быть залогом мирного существования, сдерживающей силой в регионе, залогом стабильности. Прекрасной иллюстрацией этому посылу стал прошедший в Благовещенске и Хэйхэ 11 - 16 мая Международный слет молодежи «Мир, где нет чужих», показавший, как можно дружить двум соседним государствам, невзирая на разные культуру, язык и экономическое положение.

Подводя итоги работы круглого стола, В.Л. Ларин заметил:

– Мы все говорим в одной тональности. Я не услышал ни одного высказывания против китайского присутствия, против китайского участия в развитии Тихоокеанской России. Но, к сожалению, восприятие внешних угроз и у власти, и у большей части населения России неадекватно тому, что есть на самом деле. Китайская преступность - это фактически транснациональная китайско-русская преступность, ибо заготовить и вывезти 300 килограммов сушеного трепанга или вагоны леса в Китай без участия наших соотечественников невозможно. Итак, мы определили, что Китай нам нужен. А нужно ли это Москве? Ведь Москва видит в сближении Дальнего Востока с Китаем прежде всего опасность дрейфа региона в сторону Азии, его вымывания из общероссийского экономического и культурного пространства, часто при этом повторяя тезисы об экономическом засилье Китая, чего мы сегодня не увидели.

Мы надеемся, что материалы круглого стола и наши мнения по этим вопросам дойдут до правительства, до администрации президента. Это и будут практические результаты нашей работы. Другой вопрос – нужны ли мы Китаю? Да, Китаю нужны наши энергоресурсы. Но мы услышали цифры: 6 процентов нефти, 3 процента газа, чуть-чуть леса. То есть без нас Китай спокойно проживет. Да, мы нужны провинциям Северо-Восточного Китая с точки зрения транзита их продукции на мировые рынки. Но сейчас они нашли альтернативу нашим портам – осваивают северокорейский Раджин, пока мы здесь дискутируем о том, что, пустив их в свой порт, потерпим одни убытки. Что еще? Есть один хороший аргумент – мы нужны Китаю как мирный безопасный тыл. Практически получается, что нам здесь живущим больше всего нужно взаимодействовать с Китаем. Китай - единственная страна в АТР, которая реально заинтересована в развитии Тихоокеанской России. Это выгодно самому Китаю, выгодно и нам.

Таково мнение участников круглого стола.

Людмила Юрчук.




← Назад в раздел