Арктика = инфраструктура + благоустройство

Почем яблоки

в Арктике?

Аркадий ГОРОХОВ (Аллаиховский улус):

– В этом году навигация на Индигирке очень сложная, невозможно было пройти бар, потому и поздние отгрузки. Последние грузы получили с отставанием на 10 дней. А у наших соседей в Абыйском улусе жизнеобеспечивающие грузы полностью не пришли до сих пор. Так что в первую очередь нужно обращать внимание на речной транспорт. От того, как речники сработают, строится вся наша работа на год вперед. Я не знаю, какие выводы по навигации сделает комиссия, на мой взгляд, она прошла очень плохо, напряженно. Это отчасти было вызвано природными условиями, но, с другой стороны, сказалась недостаточная работа Ленского государственного управления водных путей и судоходства, которое не обеспечило судовой ход, из-за чего почти месяц были простои. В наших условиях это недопустимо.

Софрон СЛЕПЦОВ

(Усть-Янский):

– У нас в Усть-Янском улусе те же проблемы. Бар реки Яны не подпускал морские суда к порту. Это результат отсутствия флота Ленского бассейнового управления. Два земснаряда привезли в начале августа. К тому же 20 дней в августе у нас были сгонные ветры, даже в озерах уровень воды упал. В ситуацию пришлось вмешаться правительству, создать оперативный штаб. На Яне работают Янское речное пароходство, техучасток ЛГБУ и ЛОРП. Проблема в том, что они - как лебедь, рак и щука, из-за чего теряют не часы - дни. Уверен, только благодаря жесткому контролю оперативного штаба мы в этом году выполнили плановый завоз. Проблема в отсутствии доступа на баре Яны. А это уже результат работы Бассейнового управления.

Аркадий ГОРОХОВ:

– А у нас, наоборот, все лето стояла большая вода, из-за чего не было рыбалки, флот не мог подойти заправиться, две недели не работал земснаряд. В целом большими усилиями план выполнен, топливом и всем необходимым мы обеспечены, на прошлой неделе подошел груз с овощами благодаря дотации правительства по очень хорошей цене, практически как в Якутске. Это для нас большая подмога. Вопрос в другом: на два - три месяца этих овощей хватит, а потом? Планировалось проводить один раз в квартал так называемые зеленые рейсы, но пока этот проект пробуксовывает. Да и дорого возить самолетом. Это Ан-12, который брал 12 тонн, был коммерчески выгодным. Сейчас самолет берет 4 - 5 тонн, и такая проблема по всему Северу.

Софрон СЛЕПЦОВ:

– Это проблема. У нас в районе десять наслегов, восемь из них труднодоступные. Нас кормят коммерсанты. По линии государства завозится только 12 тонн овощей. Этого нам должно хватить до Нового года, остальное – по зимнику весной. Представьте, какого качества картошка. Коммерсанты не берутся возить - убыточно, в результате она стоит, если успели завезти речным транспортом, 90 рублей, если самолетами – 140 - 170 рублей за килограмм. Конечно, берем, хотя бы в суп добавлять, жареная картошка – это роскошь. Два года назад мы вышли с инициативой открыть магазины «Якутоптторга» в населенных пунктах, и правительство нас поддержало. Сегодня их два: в Депутатском и Усть-Куйге. В остальные очень трудно добраться.

Дополнительные сложности создает 94-ФЗ, в этом году тендер на завоз зимником выиграла чужая компания, которая чуть не погубила все дело. До Хаира так и не были довезены две тысячи тонн муки, пришлось скандалить и доставлять вертолетом весной. Так что сложности есть. Населенные пункты, стоящие на магистрали, более-менее обеспечены продуктами, а остальные могут месяцами сидеть без самого необходимого: сахара, муки, чая и т. д. А одной рыбой сыт не будешь.

Рина ВИНОКУРОВА (Абыйский улус):

– Конечно, глава в ответе за все на своей территории. Есть федеральные органы, республиканские, но только глава может объединить, координировать их действия на достижение общих задач, чтобы люди жили в тепле, были сыты и одеты. Правы мои коллеги – мы очень зависим от природных условий, но в этом году была особо сложная навигация.

Опережающий завоз – это основа основ. В былые времена четко работали путейцы, в устье реки до моря есть участок, который надо регулярно копать, чтобы прошли суда. Сегодня это делается от случая к случаю. Если раньше Белогорский речпорт на своих судах перевозил 16 тонн, а «Ленанефть» – остальные, то в этом ни один корабль «Ленанефти» к нам не смог подняться, поэтому весь объем лег на наши плечи. Нельзя сказать, что путейцы не работали, но основную задачу выполнили неважно в силу разных причин. Те же проблемы и по Яне, мы, главы, знаем проблемы друг друга. Я думаю, что республиканский штаб, возглавляемый заместителем председателя правительства А.Н. Скрыбыкиным, сделает выводы, чтобы начали решаться вопросы, которые мы много лет поднимаем.

Второе: такие усилия мы тратим на завоз топлива, почему нельзя начать разработку местных месторождений угля? Этот вопрос мы тоже поднимаем давно, ведь ГУП ЖКХ несет колоссальные убытки. Краснореченское угольное месторождение, находящееся на нашей территории, имеет колоссальные запасы и могло бы обеспечить углем не только нас, а всю янскую группу улусов. Надо искать альтернативные варианты.

Хорошо известно, что климатические условия меняются, мелеют наши северные реки, а исследований бара реки Индигирка, как, наверное, и Яны, нет. Мы руководствуемся данными 70-летней давности. Результат налицо.

Теперь по обеспечению продуктами. Конечно, цены у нас в два - три раза выше, чем в Якутске. Наши жители вынуждены покупать яблоки по 250 рублей за килограмм, яйца – по 13 рублей за штуку, и это притом, что зарплаты у северян низкие. Речные перевозки тоже дорогие, хотя и немного дешевле, чем зимник и авиация. Правительство оказывает реальную помощь по линии «Якутоптторга», сдерживает цены на основные виды продовольствия. Но есть вопросы. Первый – перечень дотируемых товаров, который необходимо расширить, второе – отсутствие государственных и муниципальных торговых предприятий. Поддержка направлена на предпринимателей, но они не идут в отдаленные села, им это невыгодно. Это становится проблемой. Пора «Якутоптторгу» или другому предприятию создавать в отдаленных сельских населенных пунктах свои магазины.

У меня стало проблемой хлебопечение. Сегодня, кроме глав, этим вопросом никто из органов исполнительной власти не занимается. «Якутоптторг» завозит муку, дальше его ничего не интересует. Хлебопечением никто не хочет заниматься, потому что очень большие затраты на тарифы ЖКХ, просят администрацию помочь с отоплением, но у нас нет на это средств. В нынешнем году временно решили вопрос, дошли до того, что в одном из поселений хлебопечением занялась… школа. Но это задача не образования. Сегодня продовольственная политика возложена на министерство сельского хозяйства, мы ждем конкретных программных мер.

Что касается овощей, то сегодня это уже налаженная система. Я хочу поблагодарить «Туймадаагроснаб», который второй год очень хорошо с нами работает, доставляет дешевые овощи хорошего качества, причем местных производителей из Жатая. Подняли нам настроение. Но опять в стороне остался вопрос обеспечения наших наслегов, ведь овощи доставлены только до районного центра. В былые времена в бюджет закладывались транспортные затраты до наслегов. Были одна политика, одинаковые цены для жителей как районного центра, так и наслегов. Сегодня это правило не работает. Конечно, мы не живем с протянутой рукой. Наши люди работают, научились выращивать овощи, вести тепличное хозяйство в наших северных условиях, но оно зависит от природных условий. В этом году хорошее лето, собрали неплохой урожай. Собираем ягоды, грибы, консервируем. Изменилась психология, но продавать пока не научились. Могут угостить, бесплатно отдать соседям, а стоять у прилавка не умеют.

Александр МИХАЙЛОВ (Верхнеколымский):

– У нас относительно благоприятный район из всех северных. 70% картошки население само выращивает, 30% завозит Колымская судоходная компания. Картошку доставляем через Магадан – так нам ближе. У нас есть предложение: раз у нас можно выращивать овощи, то Верхнеколымский готов заниматься овощеводством и покрывать потребности всех трех колымских районов. На сегодняшний день Институт сельского хозяйства проводит исследования, насколько это рентабельно. Одно дело – выращивать для себя, другое – для соседей. Но на практике это уже давно есть, люди выращивают картошку и отправляют по реке своим родственникам в Среднеколымский район.

Что касается основных товаров, то у нас везде работают консигнаторы, ответственные за их завоз и реализацию. Взаимоотношения интересные, потому что к сентябрю мы должны рассчитаться с «Якутоптторгом», еще не реализовав продукты. Нам помогает Колымская судоходная компания, угольщики, если что, протягивают руку помощи.

Самая большая проблема – зимники. Природа меняется. Если раньше мы спокойно ездили по зимникам в ноябре, сейчас они открываются в лучшем случае к середине декабря. Поэтому люди сами передвигаются как могут и помогают обеспечить продуктами отдаленные наслеги. В Арылахе производим кисломолочные продукты, востребованность большая, но доставка, особенно летом, влетает в копеечку, возим вертолетом. Поэтому, рассматривая развитие сельского хозяйства, нужно в первую очередь думать о дорогах. От человека можно потребовать, чтобы он держал коров, косил сено, но, когда люди видят, что их продукция не нужна, их это ранит. У них руки опускаются. Поэтому нужно решать вопрос с дорогами. Тогда будут серьезные изменения.

Александр АНТИПИН

(Усть-Майский):

– Мы к группе северных районов относимся постольку-поскольку, но транспортная доступность у нас не лучше. Уровень воды в этом году позволил вовремя завезти все грузы, но дороги нам необходимы, тем более в нынешних экономических условиях, ведь инвестиции возможны только при наличии развитой инфраструктуры. Будет это способствовать и развитию сельского хозяйства.

Возможности у нас большие, но мы не можем конкурировать с центральной и заречной группой районов. Причина одна – отсутствие дорог, что не дает нам выйти на Якутск. Так что для нормального развития нам нужно решить следующие проблемы – строительство дороги «Амга», линии электропередачи и геологоразведка. Овощами мы себя обеспечиваем, вопрос в хранении, поэтому мы приняли решение построить два овощехранилища.

Алексей МАНДАРОВ

(Жиганский):

– Нам, можно сказать, повезло. Все наши населенные пункты расположены по Лене, а вот с оленеводческими стадами связь очень плохая. Если раньше сигареты, когда заканчивались, завозили вертолетом, сегодня мы даже детей вывезти не можем. Нужны маленькие, мобильные, легкие вертолеты типа американского «Роббинс», чтобы можно было добраться до стада во время ледостава и паводка, а для внутриулусных перевозок – речной трамвайчик, мы готовы приобрести его на условиях софинансирования, но в Минтрансе пока поддержки не нашли.

С завозом грузов проблем нет, да и люди сами стали заниматься овощеводством, так что себя обеспечивают и картошкой, и капустой. Чтобы сохранить овощи как можно дольше, приняли решение о строительстве овощехранилища.

Мы отучим людей летать

Софрон СЛЕПЦОВ:

– Первая и главная для нас проблема – перемещение людей между наслегами. Если раньше у нас было пять авиапортов, много Ан-2 и Ми-8, которые летали как комары, то сейчас единственный самолет – Ан-3, который не справляется с потоком пассажиров. Один самолет по двум направлениям не отправишь. В результате люди с 5 августа не могут вылететь на Хаир. Ситуация недопустима, при этом одновременно летят пустые вертолеты по санрейсу. Если бы на них был нарисован красный крест, еще было бы понятно, а так, кроме раздражения, люди ничего не испытывают. По инструкции они не имеют права брать простых пассажиров. Может быть, нужно подходить к вопросу индивидуально, по ситуации.

Рина ВИНОКУРОВА:

– На каждой встрече с президентом и правительством мы поднимаем вопрос о дотационных авиарейсах. Благодаря поддержке правительства авиатарифы доступные. Загвоздка в том, что не хватает самолетов. На сегодняшний день один борт обслуживает два улуса: Момский и Абыйский. На шесть колымо-индигирских улусов – два самолета и один вертолет. В результате рейсы нерегулярные, никто не знает, когда будет рейс, билеты заранее не продаются, а значит, и претензий к авиакомпании быть не может. Это нужно решать. В результате для нас стало проблемой незыблемое требование к дотационным рейсам – 65% наполняемости. Но люди не могут все время сидеть на чемоданах и гадать, прилетит сегодня самолет или нет. Мы отучили людей летать. Они сели на моторки, что связано с огромным риском. Благодаря поддержке Минтранса для внутриулусных пассажирских перевозок закупили катер, вошли в программу дотирования рейсов. В этом году нас обслуживает еще один новый катер – ЛОРПа.

Хотелось бы затронуть еще одну тему – оплата проезда бюджетникам. В бюджет закладывается не более 30 тысяч рублей на человека, и то лишь наполовину от потребности. Получается, что нашим бюджетникам даже до Якутска не хватит долететь, да и то по очереди. Хорошо, что руководители бюджетных учреждений сегодня стали более самостоятельными, могут сами решать какие-то вопросы.

Аркадий ГОРОХОВ:

– Вы совершенно правы. Билет до Чокурдаха, например, стоит 20 тысяч рублей. К сожалению, плохо отрабатывают экономисты в наслегах, это тоже проблема – отсутствие квалифицированных кадров. В результате люди подают в суд, выигрывают, и на нас «вешается» кредиторская задолженность, которую мы понемногу гасим из собственных средств. Но ладно проезд, а что делать с бесчисленными командировками учителей и врачей, в которые вызывают наших бюджетников профильные министерства? Бесконечные семинары, совещания. Оплачивать их тоже должны муниципальные образования, но мы же их не планируем, почему бы эти средства не предусмотреть тому же Минздраву или министерству образования?

Рина ВИНОКУРОВА:

– Мы не попадаем в федеральную программу по льготным тарифам, которая предусматривает дотации только от центра субъекта, получается, что наши жители ущемлены, потому что ни старики, ни молодежь до 23 лет не могут за свой счет долететь до Якутска, чтобы воспользоваться льготными тарифами. А ведь они имеют такое же право слетать в отпуск к морю или в Москву.

Александр АНТИПИН:

– В первую очередь нужно решить вопрос с производством судов для малой авиации. Это государственная политика. Ситуация, в которой мы находимся, приведет в тупик. Мы говорим о высоких тарифах, но у нас нет конкуренции в малой авиации. Как говорится, слава богу, что летают. А ведь дело серьезное. Если в прошлом году до Усть-Маи из Якутска билет на «Полярных авиалиниях» стоил 9 200 рублей, к осени он стал уже 9 700, а в этом году – 10 700 рублей за час лета. Поэтому в этом году мы отработали с компаниями «Бурятавиа» и «Иркутские авиалинии», в итоге цена упала до 7 200. Существенно для наших жителей. Кроме того, мы начали искать альтернативные авиации варианты и вышли на ЛОРП с просьбой организовать водные перевозки по маршруту Хандыга - Усть-Мая. Причем одновременно к подходу речного судна был организован автобус от Хандыги до Якутска. В результате цена проезда от Усть-Маи до Якутска с 10 700 рублей снизилась до 4 750. Вот такая разница. К сожалению, мы очень зависим от межсезонья, но в летний период уже появились какие-то варианты.

В связи со строительством автодороги «Колыма» становится очень перспективным направление Хандыга - Томмот. От Усть-Маи за 4 800 можно добраться до железной дороги, минуя Якутск. И это удобно не только для нашего района, но и для всей колымо-индигирской группы.

Алексей МАНДАРОВ:

– А у нас большая проблема – строительство причала. Когда плохая погода, «Кулибин» проходит мимо Жиганска, он просто не может пришвартоваться. Сегодня в районе работает экспедиция АК «АЛРОСА», в планах которой это строительство есть, но к 2017 году. А нам он нужен сегодня

Александр МИХАЙЛОВ:

– У нас те же самые проблемы: и по наполняемости рейсов, и по нерегулярности полетов. Проблема очень серьезная, в любой сфере услуг нужна стабильность. В авиаперевозках особенно.

Строительство вселяет надежды

Аркадий ГОРОХОВ:

– Мы, наверное, единственный улус, где нет ни песка, ни гравия, и мы вынуждены возить их за 400 километров от границы с Абыйским улусом. А это значит, что мы не можем не только строить новые объекты, но и ремонтировать дороги, засыпать овраги. При этом в 18 километрах от Чокурдаха есть выход скальной породы. Мы внесли в народную программу «Единой России» производство щебня. Это для нас решение вопроса. Это будущее района, потому что без строительства села хиреют.

Рина ВИНОКУРОВА:

– Строительство – это перспектива развития Севера. К сожалению, когда мы ставим перед правительством вопрос о строительстве того или иного объекта, ответ, как правило, отрицательный. У нас эти объекты значительно дороже, и мы остаемся в проигрыше. В результате на Севере сегодня практически нет строительства жилья и социальных объектов. Чтобы снизить затраты, необходимо создать собственный цех по производству строительных материалов. У нас в Белой Горе осталась мощная база, ведь когда-то здесь добывали базальт, есть строительный песок высокого класса, гравий. Это уже разработанные месторождения. Еще одно преимущество - хорошая транспортная схема. Мы можем возить стройматериалы по реке в Мому и Аллаиху. Что мешает производить шлакоблоки, полистирол? Но на Севере принята практика: если ведется какое-либо строительство, подрядчики приезжают с модульным цехом по производству стройматериалов. Закончили, свернулись и уехали. Поэтому очень важно хотя бы в одном из наших улусов создать такую строительную базу. О форме собственности нужно думать, вряд ли это будет государственное предприятие, бизнес же к нам заманить трудно. Но вопрос нужно решать.

Теперь по жилью. На Севере его перестали строить. Мы понимаем, что это очень дорого, поэтому ставим вопрос о реконструкции заброшенных домов и зданий. В райцентре не хватает жилья, в том числе и потому, что идет отток населения из сел. Мы не можем предоставить жилье даже молодым специалистам, они вынуждены его арендовать, причем из собственного кармана. Это тоже одна из причин того, почему молодые специалисты не едут в Арктику. Население переселяется в райцентры в том числе и из-за печного отопления. В связи с реконструкцией объектов ЖКХ с нынешнего года началось строительство котельных и у нас, проблема в том, что мы не можем к ним присоединить жилые дома, только объекты соцкультбыта. Почему? Рассчитывайте мощность котельных с учетом жилья. Это должна быть особая политика, люди в селах стареют, да и дрова с каждым годом все труднее приобретать. Леса же не бесконечны.

Александр МИХАЙЛОВ:

– Совершенно правы. Пока будет печное отопление, всегда будут недовольные. Это главное, даже там, где есть котельные, возникают проблемы. Нужно отрегулировать моменты с мощностью возводимых котельных. Строительство в сельской местности идет. Мы строим дома для молодых специалистов. У них есть льготы. Но как быть с теми молодыми людьми, которые просто остаются жить в родном селе? Они не хотят, как их родители, всю жизнь работать доярками в таких же, как 40 лет назад, условиях. Спрашивают у меня: почему в центре доярки ходят в белых халатах, чем мы хуже? Значит, если мы хотим, чтобы село жило, нужно не только строить жилье, но и создавать условия для нормальной работы и заботиться о досуге. Решим эти вопросы, люди останутся, будут заниматься сельским трудом. Это выгодно всем.

Алексей МАНДАРОВ:

– У нас в Жиганском улусе за последние 20 лет было построено всего два - три объекта. Больница – кошмар, клуб скоро развалится. Местные не хотят уезжать, но и жить так не могут. Начинаем решать, обращаемся в Минздрав, он согласен строить больницу, а Минэкономики на это заявляет: нет денег. Вот и все. А вы говорите – строительство.

Аркадий НОВИКОВ:

– Что такое идеальный поселок в Арктике? Аккуратные дома с автономным отоплением и электричеством. У нас же 12-квартирные дома, к которым тянутся трубы всех видов. Все это лишние проблемы: аварии, неплатежи. А когда частный дом, проблемы решены. Вопрос упирается в стоимость электричества. Тогда и люди уезжать не будут.

Александр АНТИПИН:

– Все понятно, для инвестиционной привлекательности улуса нужна транспортная доступность, а чтобы сохранить село, его нужно благоустроить. Вот только за счет сельских муниципалитетов и районных этот вопрос не решить. Необходима государственная программа.

Марина КОЛБАСИНА.



← Назад в раздел